Мой падший ангел

Одни были насыщено изумрудные другие светлые похожи на выгоревшие на солнце. Здания в городах напоминали карточные домики.

Они прилетели на ту самую поляну, которая снилась ей когда-то давно. Оглядев все вокруг, она убедилась, что цветы на поляне все так же превосходны и прижалась к нему.

- Я так давно мечтала оказаться здесь снова!

- Сегодня особенный день! – начал говорить Рин. – Прошло четыре года с того первого дня. Этот день только наш. – его слова звучали многообещающе.

- Расскажи мне о себе. – она легла и жестом показала, чтоб он лег рядом.

Как ты появился, или стал? – неуверенно начала она. – Родился или тебя создали, я не знаю, как сказать правильно. – говорила она смотря на проплывающие облака.

- Стал. Про меня правильно буде сказать стал. – его голос поник. – Когда-то давно я был человеком. Я жил обычной жизнью. Верил в Бога и не нарушил ни одну заповедь. Любил жизнь, людей и все во круг. Я радовался каждому прожитому моменту и благодарил Бога за каждый прожитый день. У меня была прекрасная семья, я прожил долгую и счастливую жизнь.

Умер в глубокой старости. Как гласит библия, я попал в рай. – на его лице была улыбка ностальгии. – За мою непоколебимую веру в Бога, меня наградили титулом ангела. Как я уже говорил когда-то, выбор делал не я. Я стал Аарином – это ангел, спускающийся с небес, в поисках дочерей человеческих, чтобы произвести на свет Нефелимов. – дальше он продолжил с грустью. – Следующие двести лет, я беспрекословно выполнял свою работу, пока не встретил ее. Она была чиста и невинна. От нее исходил невероятный свет, который не доступен людскому взору. До встречи с ней я никого и никогда так не любил. Я даже не знал, что можно так любить. Я готов был на все, ради нее, чего бы мне это не стоило, даже жизни. Но она не разделяла моего мнения. Ее прельщало, что она родит полу ангела. – немного помолчав он посмотрел на Нику и продолжил. – Совсем недавно один человек мне сказал замечательные слова «Кто придумал, что любовь это золотая стрела? Любовь может ранить, если стрела попадает в одного», для меня это был удар. Я был готов жизнь отдать, если бы она попросила. Только ей это было не нужно, мне даже казалось, что это она меня использует, а не наоборот. Я не хотел жить, но и умереть не мог. Пятьдесят лет я страдал, потом просил убрать боль. Умолял, я знал, что Бог может это сделать, людям он помогает каждый день, но мне он отказался помочь. Я разозлился, я больше не хотел чувствовать боль, я не хотел чувствовать ни чего.