Сны Эйлиса. Книга II

Кое-какие архивы верховного семаргла Митрия все же находят. Здесь и там, там и здесь. Кое-что твой создатель-учитель раскидал в разных мирах, Земля тоже слухами полнится. Я еще триста лет назад догадывался, что мне пригодятся эти знания. Достаточно просчитать верное стечение обстоятельств.

— Архивы Митрия!.. Да он сам не знает истоки моей тьмы. Никто не знает! И все же… Если сейчас пробудится тьма… откуда тебе знать, что я не уничтожу весь Эйлис? — сдавленно прохрипел Страж.

— Игра ва-банк, — признался Нармо.

— Такие времена настали, выбора не особо много. Но мне нравится риск.

Но слова тонули и обессмысливались, как и все мироздание. Уныние и безрезультатность всех попыток исправить всю жестокость вселенной кидали в бездну.

— Зачем спасать тех, кто не хочет быть спасенным? Каждый раз терпеть упреки без вины и оставаться виноватым, — шептала тьма устами Илэни, но губы женщины шевелились беззвучно, потому что в голове поднялся вой тысяч колоколов.

— Тьма! — возопил Сумеречный Эльф, закрывая лицо руками, заламывая локти к молчаливому небу.

И раскинувшиеся черные крылья придавали ему пугающее сходство с плачущим ангелом тьмы.

— Вот и истинный ты! Мы разбудили тебя! Как Раджед однажды разбудил меня! — почти пела топазовая чародейка, срываясь то в шипение, то в вой.

— Вы… уничтожили… и себя… и меня, — дрожали неверные слова, зазвеневшие новым восклицанием: — И этот мир! Только вы!

— Вот еще одна великая ложь. Пора бы рассказать Раджеду, пусть хоть перед смертью узнает правду, — говорил Нармо, не ощущая настоящего страха.

Он не боялся смерти, не ценил и себя. Оставалось только смеяться над их общим омерзением.

Впрочем, чародей и его замыслы уже не интересовали, никто не интересовал, в голове только на разные лады застыл призыв под барабанный бой: «Убей! Убей! Убей! Убей всех! Нет! Не здесь! Здесь слишком мало! Мне мало семерых! В другой мир! Вперед! Убей!»

Сумеречный Эльф расправил крылья, с которых осыпался тяжкий пепел и обжигающие искры. Тьма вела его прочь из Эйлиса, в другие миры, в далекие пределы.

Мало! Мало! Ей всегда было мало жертв! Мало убийств!

И лишь сила семарглов, дарованная Стражам, сдерживала ее — он убивал только обреченных, только тех, кто неизбежно погибал в следующие сутки по воле рока. Поэтому тьма вела прочь, в каменном мире разворачивалась своя фатальная драма. Фигуры расставили себя на шахматной доске. Два короля и королева, две черные фигуры и… едва ли безупречно белая. Но все же.