Сети Поднебесья

- Твой оруженосец не способен выносить тебя сегодня, а мне не привыкать. - Сильвия отважно расстегнула задние крепления.

- Лучше уйди с глаз моих! - Прорычал Алеон, но сам устало оперся на спинку стула. Сухой и выгоревший, он закрыл глаза. Сильвия продолжила расстегивать ремни лат. Алеон старался не смотреть на нее, но позволял снимать броню. Наконец, все застежки поддались, и кираса была снята самим Алеоном. Осталась лишь тонкая рубашка. Сильвия ощутила странный трепет, она быстро взглянула на хозяина покоев. И поймала его взгляд на себе.

Глаза лихорадочно горели, молнии искрами разливались по темной радужке. В нечеловеческом взгляде, Сильвия вдруг уловила очень человеческое чувство.

- Тебе лучше уйти. - Хрипло выдавил Алеон. - Прошу…

Сильвия вслушалась в себя. Будь она младше, смутилась бы. Но глупо врать себе. Рука легко скользнула на широкую лямку платья, стягивая ее вместе с частью лифа и открывая грудь, вторая рука, повторила движение первой, платье упало к ногам. Сильвия мягко улыбнулась и, словно бы досадуя недоразумению с платьем, чуть пожала плечами.

Теперь желание в глазах Алеона стало очевидней.

- Ты не понимаешь, это опасно. – очень тихо произнес Алеон.

- Ну, я уже имела честь познать нефрил, не правда ли? Может, теперь будет по-другому?

Алеон взглотнул, глядя не отрываясь на нее. Рука Сильвии мягко скользнула по сильной груди.

- Сил, то было только отражение, тень, поверь... Мне сегодня не совладать с собой. - Алеон попробовал мягко отстранить, но Сильвия обняла. Оба замерли.

Сильвия чувствовала жар, словно бы она обнимала не живое существо, а раскаленное железо.

- Я твой враг, забыл? Можешь не беречь меня, это будет честно.

Алеон неожиданно притянул, уже не желая отпускать. Она услышала глубокий тягучий выдох, полный урчания зверя. Сильвия улыбнулась и чуть вскинула бровь. Алеон горел в ее руках, обжигая, но азарт игры захватил, будя острое желание, словно бы ходить по лезвию ножа - это удовольствие.

Алеон застонал и выдохнул почти с рыком. Рубашка слетела с треском, как и все остальное.

Он сжал Сильвию в руках почти до хруста костей, и жар поцелуев опалял ее кожу...

Она летела в огненную пропасть, перехватывала дыхание ртом, но сам воздух был огнем. Желание, жар и боль заняли все тело. Ей казалось, что она идет по лаве к жерлу вулкана, и губы растрескались в кровь, и жажду теперь не утолить, даже выпив до дна океан. Хотелось простонать, что довольно и хватит, но в горле пересохло так, что и стон не давался.