Песнь любви

Неужели ты не видишь, как мне плохо здесь? Я умру в неволе, не имея возможности расправить крылья. Сжалься, молю тебя!»

Она ещё долго мысленно умоляла его, судорожно цепляясь руками за широкие плечи, вслушиваясь в тихий голос, шепчущий слова успокоения, и тихо плакала, позволив себе хоть ненадолго получить утешение в объятиях повелителя пустыни. Юной сириане, оказавшейся далеко от дома и молча ожидающей смерти, так была нужна поддержка...

***

После того вечера, когда сириана так горько плакала у него на руках, Ариан старался не оставлять её одну надолго.

Не понимая, что могло так расстроить девушку, он, тем не менее, попытался отвлечь её всеми доступными ему способами.

Они часто и подолгу гуляли в дворцовом саду. Специально для неё владыка чуть ли не каждый вечер приказывал устраивать представления. Ради прекрасной сирианы из самых дальних уголков сокровищницы были вытащены на солнечный свет непередаваемо красивые украшения, но... Айлани ничего не радовало.

Она не отвлекаясь смотрела на разнообразные представления, устроенные в её честь, но они не вызывали той бури восторга, которую ожидал повелитель пустыни.

Девушка медленно перебирала драгоценности, коими щедро одарил Ариан, но они оставили её полностью равнодушными. Да и могло ли быть иначе, когда кожа сирианы сверкала подобно чистейшим бриллиантам? Гуляя рядом с мужчиной среди прекрасных цветов, Айлани еле сдерживала свою тоску по свободе. Ей иногда даже казалось, что песчаный владыка так тонко издевается над ней. Особенно усилилось это подозрение, когда Ариан в один из дней вывел её за пределы дворца, чтобы показать великий оазис, в центре которого и стоял древний Иридан.

- Почему ты так печальна, о прекрасная? - спросил Ариан, наблюдая за тем, как она осторожно гладит ствол пальмы. - Или тебе не по нраву наша прогулка?

Замерев на мгновение, Айлани еле слышно вздохнула и продолжила прогулку, даже не посмотрев в сторону владыки. Ей казалось, что если она обернётся к нему, то не сможет сдержаться и вновь позорно разрыдается.

Или того хуже, примется вымаливать у него о милости к себе. А этого никак нельзя было допустить. Если люди узнают, где находится их убежище, то несчастным сирианам даже представители других рас не помогут. А может и помогут, но всё равно это будет страшная и кровопролитная война.

«Почему они такие... Жестокие, алчные, чёрствые к потребностям и желаниям других? - печально подумала Айлани, искоса посмотрев на мужчину. - И всё же даже среди них попадаются такие...