Лабиринты Флау

Раздосадовано отряхнув ладони, Флау выпрямилась и отлипла от стены. Призвала кровавый компас и пошла за ним.

Сколько она носилась по этим коридорам, натыкаясь на тупики? И почему её непременно нужно было убить? А потом вести себя так, будто ничего не случилось. И с будничным видом раздавать поручения по дому. Нет, с таким нельзя смириться. Нельзя это принять. Когда убийца беззаботно и даже нежно улыбается тебе в лицо, хочется вырвать ему глаза и язык заодно.

Дав волю вскипевшей ярости, Флау пошла быстрее, фамильяр уверенно тащил её вперёд.

Слуга-фантом безропотно топал позади.

«Каждый сантиметр здесь отмечен памятью — болью и кровью. Нужно только найти свои собственные боль и кровь и не потеряться, соприкоснувшись с отголосками чужих страданий. Да, именно об этом говорил Ро, — вспомнила она и скривилась. — Если он правда думал, что так сможет меня отговорить…»

Завернув за угол, Флау чуть не врезалась в шеренгу скелетов. Отскочив и укрывшись барьером, она решила отправить вперёд распорядителя. Скелеты не успели шелохнуться (или, скорее, они никуда не спешили) — один удар разметал кости и ржавые доспехи по коридору.

Черепа с пустыми глазницами со стуком попадали на отполированный пол. А через несколько мгновений воины собрались вновь, как марионетки на невидимых нитях. Флау передёрнуло.

Это тоже бессмертие?

Издёвка и вечное унижение.

Распорядитель разбивал их огромное число раз, но мёртвые воины собирались вновь и вновь и пялились на Флау. Не нападая. Они просто стояли стеной. Флау содрогнулась и остановила распорядителя.

«Бедолаги. Кем они были? И как давно тут? Всеми забытые, никому не нужные. Жертвы лабиринта. Жертвы демонов. Только от них даже боли не осталось».

— Почему ты так рвёшься в лабиринт? — спросил Ро, смотря через узкое окно, как прячется за горизонт солнце. — Ты можешь пойти куда угодно.

— Я должна узнать, что со мной случилось! — выпалила Флау, оставив свои сборы. — Иначе свихнусь. И никогда, нигде не найду себе места…

— Ты не сможешь ничего изменить, — сухим и ровным голосом ответил Ро, Флау вперила в него недовольный взгляд.

— Многие, если не все в итоге, смиряются.

— Это не про меня! — огрызнулась она тут же.

Ро проигнорировал её ярость и продолжил тем же тоном:

— Остальные оканчивают путь на главной площади — смирение им дарит топор Палача.

— Какое же в этом «смирение»? Это казнь. Ты хочешь, чтобы и меня казнили?

Ро отвернулся от света и наградил её долгим хмурым взглядом. Флау упрямо вздёрнула подбородок.