Волны времени

Выходит, что и с выносливостью у меня все в порядке – тот еще марафонец, не сильно то и запыхалась, вот только ноги нещадно натерла. Так что по совокупности умений больше на Джеймс Бонда в юбке смахиваю.. хм в солдатках штанах.

И где же тогда мой знаменитый коктейль – «смешивать, но не взбалтывать». Где навороченный « Астон Мартин» и соблазнительная красотка, что всегда под рукой?..

Будет, все у тебя будет, с такими-то способностями! Вот только разберусь, где оказалась… Конечно, черт знает, что там у меня в подкорке, но в лесбийских фантазиях замечена не была, так что в придачу к Астон Мартин заведу себе красивого мальчика.

Глава 3

Константин Ибрагимович Вознесенский богатырским глотком расправился с четвертой кружкой пива и рассеяно посмотрел по сторонам. Заведение, в котором он находился, представляло собой заштатный сетевой пивной бар.

Впрочем, была у него и своя изюминка – частые мордобои вкупе с шумными студенческими компаниями. Один раз Константин стал даже свидетелем поножовщины.

Во многом, из-за этой странной смеси затаенной опасности и открытого юношеского задора, он и стал завсегдатаем этой пивной.

Несмотря на то, что было ему уже сильно за сорок, в душе Константина Ибрагимовича то и дело еще наигрывала пионерская зорька. Была такая радиопередача для школьников в его еще советские детские годы.

В лаборатории крупной частной компании, которую он возглавлял, люди подобрались сплошь рациональные и скупые на эмоции.

Жены у него не было, дети выросли. Круг его друзей, заметно поредевший с юношеских лет, с некоторых пор престал устраивать Константина по причине неизбежного взросления его участников. Он давно уже стал замечать, что среди старых приятелей ему приходится играть некую роль – соответствовать, так сказать, возрасту и положению.

Вот и получалось, что только здесь, в атмосфере шумных студенческих попоек, он мог снять с себя маску и быть сами собой. Молодежь тонко чувствовала его нутряные юношеские порывы и легко принимала за своего.

Чему, конечно же, способствовала и моложавая внешность Константина и его демократичный стиль одежды.

«Седина в бороду – бес в ребро», – саркастически заметил его лучший друг Иван во время последней встречи.

Константин тогда лишь рассеянно улыбнулся и быстро перевел разговор на другую тему. А про себя отметил, что проверенная веками сермяжная правда в словах друга имелась.