Cursed: cold embrace of the wind.

— Я немедленно соберу группу и отправлюсь на его поиски, — серьезно и отточено смотрю на командира Таймсона. Она же щурится. Думает. — Отряд из четырех человек. Пойду я, рядовой Фрэнч, Лаберт и офицер Карелия. Конечно, с вашего позволения, командир.— Я думаю...— А Я? — Арина, с покрасневшими от слез глазами, с дрожащими руками и немного нервным голосом, перебивает Элайлу. Она смотрит дико и озлобленно. — Ведь там мой брат!— Именно поэтому, — вздыхая, отвечаю я. — Именно поэтому младший сержант.— Лейтенант права, — так же тяжело вздыхая, поддерживает меня Элайла Таймсон.

— Сейчас тобой, Арина, правит на здравый смысл, а чувства. Поэтому ты можешь сделать только хуже. Тебе лучше остаться здесь. Хорошо?— ДА ЧЕРТА С ДВА! — орет девушка, соскакивая с дивана и наравясь плюнуть нам обоим в лицо. Я смотрю на её морщинки около глаз и меж бровей, на её покрасневшую кожу, на сжатые со всей силы пальцы и на озлобленные глаза: и вижу в них себя. Набираю в легкие побольше воздуха, ведь чувствую, что горечь во рту нарастает. Мне и самой сейчас надо будет успокоительного. — Там мой брат, понимаете? Я не могу спокойно сидеть здесь, как в ни в чем не бывало, и ждать. Не могу!Элайла хмурится. Она привыкла решать все вопросы и не соглашения с указами, — если не подчиняются — наказание, и всё. И сейчас она уже готова грозно одернуть девушку, несмотря на её горе и чувства.— Нет, не понимаем, — спокойно, но слегка раздраженно, фыркаю я. Тогда младший сержант хочет рассмеяться и выкинуть что-то, эдакое: «Вот именно! У тебя нет брата, что был бы в заложниках!», но я говорю раньше её. — Моего брата убили прямо у меня на глазах. В метре от меня, если быть точной. Прошло две секунды — а он уже был мертв, и я ничего не успела сделать. Абсолютно. Я лишь беспомощно упала около трупа, — руки у самой начинают дрожать. И сама я сейчас перейду на крик от боли в груди и наворачивающихся на глаза слез, но что бы этого не случилось я прикусываю губу. — Ни сказать, ни сделать. Вот он жил, жил, а тут секунда — и всё. — развожу руками, щурясь на неё. Арина громко сглатывает. Слезы продолжают бежать по её щекам, но уже не из-за собственного брата, а из-за моего рассказа. — Поэтому я тебя не понимаю. Был бы мой брат в заложниках, то да, я бы побежала за ним, а так... Нет, не понимаю.Девушка вновь падает на диван, но в этот раз немного отчаянно. Я же жмурюсь, желаю освободиться от легшего на сердце камня, что мешает мне дышать. Но он никак от меня не уходит. Никак.