Чернокнижники выбирают блондинок

Что он видит меня так же ясно, как если бы я стояла рядом.

— Вы замерзли, — без намека на вопрос произнес мужчина.

И в этот момент мои зубы принялись отбивать предательскую дробь, подтверждая его правоту.

Надо же, и почему я не замечала этого прежде? Впрочем, ничего удивительного. Я слишком была увлечена происходящим и слишком боялась, что Грег все-таки доберется до меня.

Мужчина вдруг поднял руки к горлу и с тихим щелчком отстегнул застежку плаща. Аккуратно положил его на траву.

— Выходите и укройтесь, — любезно предложил он.

— Я не буду смотреть.

И в подтверждении своих слов повернулся ко мне спиной.

Я озадаченно посмотрела на противоположный берег. В принципе, я не настолько замерзла и устала, поэтому без проблем доберусь до него и своего платья.

Но, с другой стороны, что скрывать очевидное, мне было очень любопытно, кого это принесло в наш тихий спокойный уголок. Далеко не каждый день встретишь мага. А я не сомневалась, что передо мной именно он.

Поэтому я в несколько широких гребков достигла берега.

Затем быстро пересекла разделяющее нас расстояние и набросила на плечи плащ.

Он был настолько теплым, что мне мгновенно стало жарко. А еще от плотной шерсти приятно пахло древесно-пряным.

— Спасибо, — сказала я незнакомцу. — Вы очень любезны.

Тот медленно обернулся. Слегка склонил голову, показывая, что принимает мои благодарности.

— Кстати, меня зовут Лютик, — брякнула я. Маг насмешливо вскинул бровь, и я торопливо исправилась: — Точнее, Лютеция. Но все кличут меня Лютиком.

— А вы и в самом деле похожи на цветок, — неожиданно сделал мне комплимент незнакомец.

— Светловолосая, голубоглазая. Сколько вам лет?

— Семнадцать, — честно ответила я.

— И чем вы так разозлили того парня? — полюбопытствовал мужчина.

— Да урод он, — я мгновенно помрачнела, недовольная тем, что приходится говорить о Греге. — Мерзкий и противный.

«А еще мой жених».

Правда, эту фразу я мудро придержала при себе. Пожалуй, таких подробностей незнакомцу знать не стоит.

— Красивым девушкам часто приходится нелегко.

— Мужчина сочувственно хмыкнул. — Всякий сброд так и липнет.

Он назвал меня красивой? И я воссияла самой радостной из всех возможных улыбок.

Все-таки очень любопытно, кто он такой? По разговору понятно, что не из соседней деревни забрел. Да и одет получше, чем принято в наших краях. Рубашка аж слепит белизной, на штанах и сапогах — ни пятнышка. Явно не месит навоз на скотном дворе и не занимается другим привычным для любого крестьянина трудом.