Чернокнижники выбирают блондинок

— Иначе почто бухается на пустом месте?

— Да не трогал я твою дочь, — огрызнулся Дреган, уже оставив вежливый тон. — Даже пальцем не прикоснулся. Я всего лишь пугнул Грега, когда тот пытался ее пощупать в озере. Ну и заодно превратил его в борова. Поскольку твоя дочь была уже синей от холода и стучала зубами, дал ей плащ. Откуда мне было знать, что все так обернется?

— А почему она тогда в обморок упала? — упорствовал отец.

— Помилуйте, разгневанный отец, — послышался знакомый присвист так напугавшего меня чудовища, — но даже если предположить, что мой хозяин славно покувыркался с вашей дочкой на берегу озера — разве беременность даст о себе знать прям в этот вечер?

— А разве нет? — агрессивно отозвался отец.

— Мне Ельга так на следующий день после свадьбы и заявила, что, мол, понесла. А я ее до того и пальцем не трогал.

После этого в комнате повисла напряженная тишина. И мне она очень не понравилась.

— Дела, — наконец, негромко протянуло чудище. — Сдается, в этой семейке все не так просто.

— Цыц, Хорг, — весомо обронил Дреган. — Не наше дело.

— А что, разве я не прав, что ли? — обиженно вопросил отец. — У баб-то чутье на эти вещи похлеще, чем у зверя. Ну, Ельга так говаривала. Прям сразу чуют, если получилось.

Послышался негромкий смешок. И почти сразу я почувствовала прохладное прикосновение к моему лбу.

— Очнулась? — полюбопытствовал Дреган. — Долго еще притворяться будешь?

Я хмуро посмотрела прямо в глаза чернокнижнику.

Удивительно, но сейчас оба были почти одинакового цвета: желто-зеленого, как у довольного домашнего кота, ухватившего отличный кусок мяса со стола, пока хозяева отлучились.

И на самом дне их теплилась улыбка.

Я вдруг осознала, что улыбаюсь ему в ответ. Нет, он все-таки милый! Хоть и повинен во всех моих бедах.

— Простите, — негромко сказала я.

Дреган вздернул одну бровь, не торопясь убирать ладонь с моего лба.

— Папа, ничего у меня с Дреганом фон Каасом не было, — проговорила я, посмотрев на взволнованного отца, который переминался с ноги на ногу чуть поодаль.

— Он спас меня от Грега. Дал свой плащ, чтобы я прикрылась. И при этом не подглядывал.

Откуда-то сверху вновь донесся ехидный смешок. Я задрала голову и с содроганием сердца увидела неведомую тварь, которая висела аккурат надо мной.

Интересно, кто это? Или вернее сказать — что?

— Но ты сказала, что он виновен во всех твоих бедах, — не унимался отец. — Почему?

— Потому что я прихватила застежку с его плаща, — призналась я.