Врата Атлантиды

Дайте мне слово, что вы отпустите их на материк, и я самолично перевезу всех ваэнди на их изначальную родину и избавлю Антальтэйю от их ритуалов.

— Ты очень многое о себе возомнил, юноша, — голос Мастера вновь обрёл стальную жёсткость. — Сейчас, я просто вырву эти Имена из твоей головы. Отойдите, пожалуйста, Братья, чтобы вас случайно не задеть.

Чёрный Мастер извлёк из складок своей мантии большой синий кристалл и плотно сжал его в руках. В глубине кристалла начал разгораться свет и по поверхности кристалла забегали крохотные голубые искорки.

— Тебе ничего не удастся прочесть в моей голове, некромант. Оставь свои бесплодные попытки, — выкрикнул ему в лицо Эйвис. — Я защищён лучше, чем ты думаешь.

Служитель Ордена взял сияющий кристалл в руку, обтянутую чёрной перчаткой и поднёс его к левому виску пленника. Затем Мастер посмотрел ему прямо в глаза. Но Эйвис не стал отвечать тем же, а просто плотно сомкнул свои веки. Эйвис чувствовал, превозмогая внутренний озноб, как холодный синий поток просвечивает его насквозь, стараясь зацепить в его памяти образы братьев по его новой вере.

Но юноша ни о чём не думал. Он просто позволил войти в свою душу Пустоте и теперь синий свет проходил сквозь него, словно через стекло, не задерживаясь ни на мгновение. Юноша обратился к своей излюбленной стихии, к Ветру и услышал его, пробуждающегося ото сна, по шуму крон близстоящих деревьев. Ветер нарастал, а затем внезапно, словно натолкнувшись на какую-то невидимую стену, стих.

Глава 7

Глава 7

Волны живого огня, исходящие от девушки, буквально захлёстывали Фэйра, но он уже научился контролировать её влияние и старательно до поры сдерживал своё возбуждение, не позволяя ему властвовать над своим телом. Он изысканно ласкал гибкую и подвижную Элеану, вкладывая в каждое своё движение единение мягкой нежности и стальной уверенности в себе. Девушка пыталась довести мелодию их близости до торжественного финального аккорда, но Фэйр не позволял ей, и она лишь тихо стонала снова и снова.

И когда Фэйр, наконец, сдавшись её настойчивому шёпоту, вошёл в девушку и весь мир вокруг волшебным образом изменился до неузнаваемости, он ощутил настолько сладко и невыносимо восхитительно находиться в полной власти любимого человека, всецело отдавшись невысказанным приказам её души. Время для них, ставших неразрывным единым целым, остановилось, и они даже не заметили, как звёзды начали меркнуть, уступая место рассвету.