Песок под солнцем

Удовлетворившись и развязав меня, какое-то время молча наблюдал, как я всхлипываю и судорожно сбиваюсь в дрожащий клубок на полу. После чего предложил "выметаться, получив, что хотела". И вдогонку, в дверях добавил: "В полицию можешь не ходить, все следы на тебе сойдут за проявления страсти, я-то знаю, как вас, тварей, метить". А в глазах такое!.. Ненависть, злоба... меня все еще бьет дрожь. Самое страшное — не боль внизу живота и не синяки по всему телу, а кошмарное выражение его лица. Не знаю, избавлюсь ли я когда-нибудь от тошноты и омерзения при воспоминании об этих глазах.

В прихожей щелкнул замок двери. Кто-то пришел: мама или папа. Мама — шуршит плащом. Не хочу никого видеть! Я закусила губу, забыв о боли. Непроизвольный всхлип вырвался как раз в тот момент, когда шорох в коридоре затих.

— Бри? Бри, что с тобой?!

Не получив ответа, мама заглянула в комнату.

— Ну-ка, покажись. — Я повернулась, преодолевая боль, закрыв глаза. — На тебя что, напали?

— Нет. Я сама пошла. Хотела...

— Что ты хотела?

— Стать женщиной.

Попробовать, как это. Ну... как у вас с папой. А он... он меня ненавидит!

— Погоди. Ты что, на кого-то браслет решила надеть? Для чего тебе сейчас ребенок?

— Не. Я таблетки пила.

— Спасибо, успокоила. И что теперь? Тебе что-нибудь повредили? Раздевайся, покажись.

Когда мама меня осматривала, бормотала что-то себе под нос и смазывала мазью синяки и укусы, под ее прикосновениями я неожиданно успокоилась. С телом ничего особо страшного действительно не случилось, а о чем-то другом не давала думать жгучая мазь.

Так что вместо хныканья я сейчас издавала что-то вроде сдавленного шипения. И потихоньку начала рассказывать. С самого начала. С того, как еще на первом курсе колледжа мечтала найти себе парня, и чтобы у нас стало все, как у нее с папой. Но парни, все до единого, шарахались, стоило мне лишь чуть оказать кому-то знаки внимания, с опаской и настороженностью в глазах. Говорила, как пыталась примкнуть к компании одногруппниц, которые напоили парней на одной из вечеринок. А потом, как приняла решение, и про грузчика Алехана...

— Ох и глупая же ты у меня еще, дочь, — мама качала головой. — Конечно, он тебе мстил. То есть даже не тебе, а вообще женщинам. Четыре браслета! Это ж додуматься надо, кого найти для первого раза...

— Но почему мстил? Что ему сделали женщины? Браслеты надели? Так у него и так зарплата не намного больше минимума, не так уж много он отчисляет, хоть один браслет, хоть четыре.