Ноктюрн сердца

Он бережно взял фею в руки, достал из шкафа платок и, укутав ее как ребенка, устроил у себя за пазухой рядом с сердцем.

***

Мария вздрогнула, очнувшись от неприятного сна, и вскочила с кровати. За окном вечерело. Из соседней комнаты слышались приглушенные голоса, и охотница бросилась туда.

— Солнышко! Прости, что напугал. Теряю хватку, — усмехнулся Рихтер, увидев сестру.

Алукард ткнул ему в губы ложкой с наваристым супом и сурово приказал не отвлекаться и есть. Мария облегченно выдохнула и оперлась на косяк двери.

— Вы, должно быть, голодны, — сказал дампир, обращаясь к ней и продолжая кормить охотника с ложки. — На кухне в котелке есть еще суп.

— Я еще полечу его… — начала Мария.

— Нет, — строго ответил Алукард и обернулся к ней. — Вы еще слабы. Завтра, если вам будет лучше, я позволю применить магию. Не беспокойтесь, воспаления прошли, жара нет.

Мария кивнула и вышла из комнаты.

— Со мной так даже в детстве не возились, — усмехнулся охотник и покорно взял в рот последнюю ложку супа.

— Так вы нашли их письма…

Бельмонт кивнул в сторону разбросанных бумаг под столом.

— Да… — Алукард заметно помрачнел и поднялся.

Он собрал письма и торопливо сложил их в шкатулку. Рихтер сполз вниз на подушку и, сыто вздохнув, сказал:

— Мои тревоги оправдались: без Убийцы Вампиров моя магия слабеет. Вы искали способы восстановить мою связь с плетью?

— Я нашел в библиотеке книги о вашем фамильном оружии. Простого решения нет. Подозреваю, что проблема в вас, а не в плети.

— Что значит во мне? — Рихтер нахмурился.

Дампир сел обратно на стул и задумчиво посмотрел на охотника.

— Каким образом дух Алого жреца смог управлять вами? Что вы помните прежде, чем оказались в замке Дракулы?

Бельмонт отвернулся и тяжело вздохнул, стыд и вина сжимали горло.

— Когда я узнал, что Аннет беременна… то словно с цепи сорвался. Мы так долго ждали ребенка. Мне казалось, что нашей семье постоянно будет угрожать опасность пока хоть одна ночная тварь бродит по земле.

Я убивал всю нечисть без разбору, даже если не было заказов. Но чем больше я охотился, тем сильнее становилась тревога. Ведь мои усилия напрасны. Дракула мог восстать снова, как он делал прежде. У него было много последователей, целый культ. Ему поклонялись, как божеству. Тогда я стал искать способы остановить Дракулу навечно, навсегда запереть в Аду, где ему самое место.

Раненый закашлялся, с трудом собираясь с силами.