Плющ

Из чего я сделала вывод, что выйти замуж за кузнеца она все же надеялась.

Пока Любава дрожащими руками облачалась для торжества, я натянула новую ситцевую рубашку и Любавин сарафан, расшитый остатками сатина. Покрутившись так и эдак, пришла к выводу, что вполне сойдет.

Часам к восьми заявился жених, тоже обряженный в свои лучшие одежды. Белоснежная рубаха, красные штаны и безрукавка. И скрипучие новенькие сапоги!

За калиткой молодых поджидали все жители деревни от мала до велика. Все при параде! Большинство – веселые.

Только несколько девиц до сих пор не могли смириться с потерей самого завидного жениха и горько шмыгали распухшими от слез носами.

Сама свадебная церемония прошла мимо меня – неожиданно для себя я оказалась занята такими банальными вещами как накрытие столов и расставление посуды для гостей. Свадебное застолье прошло без каких-либо эксцессов. Здесь не уважали алкоголь и тех, кто его потребляет.

Закончилось празднование тем, что молодые подожгли сложенный заранее за околицей большой костер, через который они должны были перепрыгнуть, не разжимая соединенных рук.

Когда они отошли чтобы разбежаться, Микита ловко подхватил супругу на руки и легко перепрыгнул через огонь. Присутствующие радостно загомонили. По местным поверьям это означало, что пара всегда будет вместе и ни кто не сможет их разлучить. Следом за новоиспеченными супругами к костру потянулись парочки для проверки своих чувств.

Кузнец, так и не опуская Любаву не землю, ретировался в свой теперь уже семейный дом.

Сегодня мне предстояло ночевать одной и, опасаясь ночных видений, я почти до рассвета наблюдала за веселящимися людьми. Благо к городской чужачке интерес если и был, то проявлять его в открытую ни кто из местных мужчин не торопился.

С рассветом я все же отправилась спать на теплую печь в опустевший домик знахарки. И, хвала богам, в моих снах были лишь отблески ночного огня.

Проснулась я ближе к полудню и первым делом побежала проверить: не приехали ли поджидаемые мною купцы.

Боги этого мира, названия которого я до сих пор и не удосужилась узнать, явно благоволили ко мне: возле трактира я столкнулась с ярко выраженным представителем торговли.

Дородный – вот единственное, что приходило на ум при взгляде на немолодого мужчину с окладистой бородой. Он степенно направлялся в трактир в сопровождении бывалого воина. Ошибиться в деятельности спутника купца было невозможно – начальник охраны.

- И все же я предлагаю задержаться в Подберезовке до конца дня.