Пройдя сквозь Отражение

В поломойки пошёл, — хихикая про себя, смылась в подсобку. Где, уткнувшись в мешки с травками, отсмеялась. Не каждый день наблюдаешь как молодой, привлекательный мужчинка в белой, что важно, рубахе моет полы. Если рубашку в стирку скинет, получит по хребту, аккурат этой метёлкой. Угомонившись, разложила товар по корзинкам и обвешенная, словно зимнее дерево гирляндами, выплыла в зал. А там, чисто, светло и пахнет свежестью да травами. И лишних особей на горизонте незаметно. Только мой симпатяга, в обнимку со шваброй, чего-то отплясывает.

— Три лучше, сильнее, чтобы иметь возможность зреть личное отражение, — командным голосом отдала команду. Поперхнувшись очередной нотой, Баш крутанулся на одном месте.

— Мадам, а ничего, что пол в заведении деревянный? — Проведя по паркету тряпочкой, он протанцевал в мою сторону.

— Бывает, но закончишь мыть, доставай полироль. И шустрее, бодрей. Или опасаешься рубашку замазюкать? — Сгрузив на прилавок корзинки, принесла из чулана жестянку с ореховой мастикой.

— Трудись, трудись, солнце ещё высоко, — елейным голоском протянула я, подвигаясь к входной двери. — Скоро вернусь, не скучай.

Что Баш ответил, уже не слышала, закрывая дверь. Личная и не проходящая зависимость требовала очередной порции. На этот раз, более пряного и согревающего. Внутри кофейни наблюдалась немногочисленная толпа. До кофе неизменно будут любители. Дошла и до меня очередь. Чуть только озвучила заказ, как Сайдо, не говоря ни слова, сдобрил питьё хорошей дозой вишнёвого ликёра.

— Сайдо, ты герой и спаситель. Двигай сюда, благодарить буду, — подманивая пальчиком, подступила поближе. Парень, смущённо улыбаясь, норовил отмахнуться. Но, что в цепкие лапки угодило, там может и остаться. Притянув его за уши, звучно чмокнула в одну щеку, потом в другую. А ему понравилось, вон как глазки сверкнули.

— Я не понял, это что такое? — Словно рык за спиной прозвучал.

— Да чтоб тебя подбросило, — повернулась, едва не разлив кофе и увидела Баша.

— Ты чего орёшь, словно ослица рожает? — Надвинулась на него. — И вообще, кто в лабазе? Дверь хоть закрыл, или так выскочил?

— Магазин закрыт, я не настолько полоумный, как думаешь. А ты не ответила. За какие заслуги этому смертнику такие почести? — Стоит, чуть ли не рычит, но сдерживается. Да уж, Сайдо, извини бедолага.

— За отменный кофе с любимым ликёром.