Пройдя сквозь Отражение

— Ай, — донеслось оттуда. — Какого ты творишь?

— Психую я. Баш тоже, наверное, по потолку там мотыляет. Может, всё же измыслим хоть что-нибудь.

Райц поднялся, отряхнувшись от пыли, подступил к оконному проёму. Дальнейшие несколько минут я созерцала, как он наблюдает за улицей. Где никого не находилось, лишь изредка перекатывались клубы пыли вперемежку с сухой травой. Запихнув руки в карманы, выстоял так кой-какое время. Едва хотела разведать, не опочил ли стоя, как боевая кляча, меня озадачили слабым вскриком.

— Ты чего? — подскочила к мужчине. А он глаза распахнул, хотя куда бы шире. И вытягивает коробочку. Ту самую, с камушком.

— Представь себе, только подумал, как она в кармане нарисовалась. — Мы оба пялим глаза, понимая, что вскрывать никто не намеревается. — Наверное, упрячу обратно. Пусть пока в куртке поваляется.

— Логично, от лишних хлопот подальше. Итак, заипов хватает. — Согласилась с ним. — Только вот что любопытно. Как она у тебя очутилась? Вроде бы к себе спровадил?

— Не тому человеку задаёшь загадки.

Я в таком же ауте от всего, что и ты. И ответы нам придётся самим отыскивать.

— Ага, главное в процессе не очутиться в ещё большей заднице. — я подошла поближе и указала пальцем в одну из сторон переулка. — Если верно соображаю, перекрёсток там. Хотя утверждать не берусь. — Но, небольшое сияние вдалеке, подсказывало правильное направление.

— Ну тогда пойдём туда. Возможно, не зараз схарчат, а хотя бы ответят.

— Твоя наивность веселит. Но, с другой стороны, чем шуликун не шутит?

Окончательно решившись, выбрались из развалюхи.

Шагали неторопливо, старались быть внимательными. Миновав очередные руины, заметила, как сбоку метнулась бледная тень. Кто-то махонький, но крайне юркий. Дёрнула Райцера и глазами указала, что приметила. Он напрягся, покрепче ухватил меня за рукав. Продолжая вилять между выемками на разбитой дороге, подкрались к тому месту, что оба помнили по своим кошмарам. Пылало огнище, багряные и вишнёвые языки пламени с янтарно-рыжими сполохами развеивали хмарь. От жара оба не только в мгновение ока согрелись, но и взмокли. Возле костерка никого не было. Кроме нас, и той самой тени. Райцер рванул вперёд. И вот, в его руке шипит и извивается мелкий, наверное, бесёнок. А кем иначе может являться это рогатое и копытное? Мы внимательно разглядывали его. Он пошипел и заткнулся, рассматривая нас.

— Райц, брось бяку, задушишь нечаянно. — Светло — пурпурные глазки чёртика обратили свой немигающий взор на меня.