Пройдя сквозь Отражение

Тем более, вчера как раз этим и занимался, когда чьё-то сознание уплыло в страну ярких сновидений, — заметил он улыбаясь. Вот хорошо, что вчера остался у меня, хоть убрался.

— Я тебя расцелую потом, если пожелаешь, — посулила ему и потопала собираться.

Уже в спальне задумалась, что напялить — то? Не то, чтобы так хотелось понравиться Башу. А с другой стороны, он же мужчина? Как бы да. С такими мыслями выпрыгнула из душа. И из гардероба полетели брюки, юбки, какие-то блузы и всяческие кофты. Не двигаясь, замерла среди этого разгрома, обдумывая, что к чему подходит.

А потом умная, что радует мысль, заставила придвинуться к окну. На улице солнечно, но на траве лежал иней. Так, юбки в сторонку, блузки туда же. Мёрзнуть терпеть не могла, и вообще, пар костей не ломит. Моих, тем более. Размышляя таким образом, натянула на себя шерстяные, мягкой выделки брючки. Цвет марсала хорошо сочетался с джемпером тёмно-серого цвета. Так рюкзак и куртка под цвет ботинок. А боты сегодня под настроение, рыжие как опавший листва. Да, уважаю такое вырви глаз. Расчёска в подмогу моей шевелюре, пара капель духов, пора на выход. Баш поджидал внизу, рассматривая книжные полки. Обернулся на звук шагов и сощурившись выдал:

— Ну, как всегда, такая яркая, — Растрепала его вихры, и мы вышли в солнечное утро.

Не успели дойти до кофейни, как нас перехватила Каро. Глаза сверкали, как два лазурных топаза, вихры, собранные в хвост, похожи на веник. Она в нетерпении переминалась с ноги на ногу, дожидаясь, когда подойдём.

Чуть только я открыла рот, чтобы поздороваться, как меня с визгом облапили, перекрыв кислород для дыхания.

— Сейчас задохнусь! — прохрипела, силясь освободиться. Но не тут-то было. Спрут, по сравнению с подругой, просто ветошь. Баш завис поблизости, ничем не помогая. Мой взор, брошенный на него, обещал кары небесные. И друг решил спасти меня, ибо жить спокойно ему привычнее.

— Так, рыжик, отвяжись, и дай Айлие возможность прийти в себя. Или нашу ненаглядную подругу придётся откачивать, — проговорил, оттаскивая Каро от меня.

Передохнув, смогла наконец-то вылить подружке всё, что очень хотела.

— Каро, маму твою звёздную, ошалела? — Потирая шею, осведомилась я. Сожаления и близко не водилось, на этом миловидном личике. Вот как так? Чуть не придушила и даже «извини» не произнесёт, зараза морковная. Смотрю, она продолжает светиться, как фонарь ночью. Баш, паразит кудрявый, прав оказался, как видно.