Пройдя сквозь Отражение

— Высказываясь таким образом, сознавала, что произношу верные слова. Но, с другой стороны, как после этого быть с ним?

— Айлия, желаешь даже не совет, а так мнение озвучу? Не рискнув, славы не узнаешь.

— И к чему это?

— К тому, что попытайся. Максимум, ты вновь станешь независимой. Как минимум получишь удовольствие. Баш в этом, хоть куда. Мне даже в собственную постель его волочить нет нужды, чтобы уразуметь такое. И, в конце концов, если всё срастётся, пошевели мозгами, какие скидки будешь зашибать от доставленного товара, — переглянувшись, мы захохотали.

— Идёт, уломала мадам прорицательница. Так и быть покумекаю, да поразмышляю.

— Вот и умница, пойдём, к великомученику вылезем. А то вы и не поздоровались с ним толком.

— Слышь, Малиса, а пригласи его сюда. Мы тут здрасте скажем друг другу.

— Ну ты даёшь, шибко подумала, как я посмотрю. — Пряча кристалл в шкатулку, подметила Малиса.

— Тьфу на вас, многоуважаемая. Я просто собираюсь без лишних ушей с ним поговорить.

— Ну да, ну да, это теперь так называется, — веселилась Тувен.

— Малиса, не дразни тех, кого не следует, — с трудом подавляя улыбку, попросила её.

— Ладно, схожу, кликну бедолагу. Истерзался, наверное, весь уже.

— Давай, давай, — я прошлась по комнате, рассматривая книги. Летописи нашей державы. Нескольких сопредельных государств. Книги по прикладной минералогии. Роскошный альбом с цветными гравюрами Восточного царства. Предания Западных земель и тому подобное.

— Малиса сообщила, ты меня звала. — Баш застыл в дверях, со скорбной миной на личике. И как всерьёз беседовать, если постоянно тянет похихикать.

— Типа того. Баш, ты вообще, о чём размышляешь? — Крайнее недоумение заменило скорбь. Вот, это уже привычнее.

— Когда думаю, сейчас или вообще?

— И сейчас тоже.

— Айлия, я не уразумел, о чём ты? Что снова не так сделал?

— Ой, милый друг, полным-полно, чего не так содеял и продолжаешь делать.

— Ты вновь? Не умаялась ещё? — Распалялся Баш.

— Нет, утомиться не позволяют. Все на себя активно берут, понять бы на кой ляд? Я что, дитя малое, за мной пригляд нужен? На себя не чрезмерно много взгромоздил, почтенный? Куда ни взгляни, ты здесь, — сознаю, жёстко, но надо. Баш выпрямился, глаза аж полыхают. Видно, что с трудом сдерживается, всего ничего и прорвёт. — Ты вообще кто такой? Брат, сват, иной сродственник? Нет! Так вот, не должен за меня всё решать.