Пройдя сквозь Отражение

То я ему наследство отобью, либо по башке тарелкой долбану.— Ничего страшного, только кожа рассечена. Головушка у него выносливая, даже шишки, вроде как нет. Но лучше перебдеть, чем недоглядеть, — отжимая воду, накладываю Райцу на голову мокрую ткань. Он подёргивается, распахивая глаза.— Ну как дела? — Интересуюсь у него. Он очумело мигает, наверное, рискует разгадать, что стряслось. Бережно протираю ему личико, ощущая себя просто сестрой милосердия. И что мне до такой степени фартит, за ранеными на всю башку заботиться?— Айлия? — Он тянет ко мне руки, пробуя усесться ровнее.

Я поддерживаю под спину.— Ты как? — Повторяю вопрос. Он вращает головой, стремясь не производить резких движений.— Я как? Ну если учесть, что я на полу, с башкой, которая трещит, то вопрос скорее к тебе. Что было? — пялит глаза на меня, точно я восточный оракул. Что предоставит ответы на все проблемы. Ну уж нет, пусть Ан отдувается. Мне бы самой уразуметь не помешало. Баш помогает Райцу встать и добраться до стула. Склонившись к гадалке, заметила, что дыхание у женщины выровнялось. Значит, тоже отходняк пошёл. — Тувен? Эй, Тувен? — Мира похлопала ей по щекам и Малиса постанывая, открывает глазки.— Ну, ты как, болезная? — Мира приподнимает ей голову, укладывая к себе на колени. Лежит Малиса, потолок гипнотизирует.— Узнавать, отчего я лежу на полу, не стоит, наверное, — о, она ещё и шутить норовит. Зоремира хмыкнув, забирает у меня очередную салфетку. И невозмутимо оттирает с лица прорицательницы кровавые следы. — А вы с Райцем камушек не поделили. Вон он страдалец, тоже в состояние воздушного охренения завис. — Ан нагнувшись, подсобляет нашей гадалке переместиться с пола на кушетку.— Ладно, пока не отошли, беседа подождёт. Баш, пошли, верну тебя в норму, хоть попытаюсь. Малиса, где настойки? — Я заново потянула друга за собой.— Третья полка от входа, отыщешь необходимое, — Тувен расслабленно завалилась на спинку диванчика. На кухне, раскрыв полочку, выудила то, что могло потребоваться. Поставила миску с водой и щёлкнув пальцами, пригласила Баша на процедуры. Подтащив стул, мужчина присел за стол в ожидании. Взяв один из стеклянных флаконов, я разбавила содержимое в воде. Калина хорошо помогает, а в сочетании с маслом чайного дерева вовсе замечательно. Друг не морщится, сидит безгласно, наподобие изваяния. Хе-хе, тоже мне, невозмутимый герой.— Баш, сделай милость, не молчи. Мне нужно понять, больно или нет.