Корпорация "Тысяча Желаний". Отдел повинностей

Пользуйся!

Стараясь не трястись от злости, чтобы не стать Вибрирующей Линой, фея гордо подняла голову и неторопливо спустилась по ступенькам крыльца, молясь, чтобы Жмур достиг последней стадии бешенства, когда она окажется где-нибудь подальше.

Спустя несколько секунд Виш поравнялся с ней, и они поспешно покинули улицу Двуликих, на которой проживали исключительно оборотни, причем привязанные к Болотной Луне – маленькому зеленоватому светилу, появляющемуся на небосводе раз в двое-трое суток. Испокон веков Болотной Луне поклонялись темные: ведьмы, оборотни-волки, оборотни-медведи, а также, почему-то, лепреконы (существование которых само по себе являлось неподтвержденной легендой).

Выйдя на площадь Восьми Ветров, Вишеб повертел головой, в поисках свободного экипажа, а не обнаружив оного, вновь вытащил из кармана бритву. Элина опасливо отодвинулась от напарника. Иногда ей казалось, что этот человек без раздумий принесет ее в жертву болотным ведьмам, если они согласятся обменять абсолютную вероятность вызвать экипаж с открытым верхом в разгар погожего летнего дня на свойства затуманивающеговзгляда - единственной приличной магической способности, которая была у феи.

Но сегодня Элине повезло: стоило напарнику хмуро сдвинуть брови, как на площадь выехал фаэтон, в котором сидела пожилая парочка таких необъятных размеров, что скрип колес был слышен на всю округу. Когда тучный мужчина, с трудом покинув повозку, подал руку своей даме, Элина отчетливо услышала облегченный выдох возницы, который явно боялся, что провалится дно.

- Пошли, Лихорадочная, - бросил Виш и чуть ли не бегом направился к повозке, справедливо опасаясь, что ее кто-нибудь займет. Претенденты уже были: какой-то щуплый мужичонка с козлиной бородкой, две хихикающие девицы, представительный джентльмен, трость которого имела набалдашник в виде змеиной головы, и, собственно, Элина с Вишем.

Возница, должно быть, когда-то имел несчастье обратиться в Корпорацию, ибо, увидев человека с повязкой на глазах, замахал руками в беспомощно-вежливом жесте и с улыбкой, которая больше напоминала гримасу, пригласил их в экипаж.

Впервые за долгое время Элина оценила преимущества жуткой славы Вишеба. Устроившись на сидении, она отвернулась от напарника, ответившего ей тем же, и угрюмо уставилась на мелькающие камни мостовой. Как и всегда после завершения очередного дела на душе было тяжело.