Куклы

Она явно не хотела смотреть на изысканное зрелище, которое представлял собой танец грациозной пары – певицы и звездочета. Атласное платье Розы – белый цветочный бутон… она сама как цветок, но не пышный, а строгий, благородный – сейчас не роза, скорее – лилия. И лилия – черная! - украшает корсаж ее платья. И движется девушка в танце – словно бутон плывет по струям ручья.

- Да полно тебе, это всего лишь танец, - услышала Мария голос Алекса Каэрэ, в котором по обыкновению сквозила легкая усмешка. – Успеешь еще с ним пообщаться.

Ты же демиана, у тебя есть магия. Очаруй его.

Губы Марии дрогнули. Вишневые глаза посмотрели на молодого человека с мягким укором.

- Я не колдунья.

- Зачем же тогда вам магия? – безжалостно продолжал Алекс.

- Это просто творчество, - отвечала Мария. – Иногда даже меньше… Например, Сардо. Он демиан, но его музыка сильнее магии.

- С волшебством можно сделать куда больше, чем просто создавать живых кукол.

- Можно. Но порой это уже не магия. То есть она, но извращенная.

Колдовство. Когда жестоко касаешься других, когда вторгаешься в чужую душу… Никто из колдунов хорошо не кончил. Если что-то извращается – оно погибает.

- Магия может извратиться во зло, - пожал плечами Алекс. – А что не может? Музыка может? А любовь?

Мария печально посмотрела в центр зала – на медленно кружащуюся пару. И ответила строго, качнув головой:

- Нет.

- Наивное дитя, - слабо улыбнулся Каэрэ. – Давай, что ли, потанцуем?

На второй танец Элиот пригласил-таки Марию.

«Вот так, - подумал молодой писатель, глядя на просиявшую хозяйку дома.

– Много ли девушке надо для счастья…»

Тут Алекс почувствовал, как кто-то тихо тронул его за локоть.

Он уже знал, кто. Знал, не оборачиваясь. А потому и обернулся – медленно... спокойно.

- Алекс? – черные глаза Розы Лейн ярко блестели. Ее легкая рука в белой перчатке касалась его локтя нежно… нежно, в этом не было никакого сомнения. – Может быть, ты… потанцуешь со мной?

- Нет, - ответил Алекс, даже и не пытаясь прислушиваться к буре, что мгновенно перевернула все внутри него.

– Я не хочу больше танцевать.

- Не хочешь? Совсем? Или не хочешь со мной?

У нее на корсаже – черная лилия. Живая. Алекс был уверен, что колдовская. Он смотрел на эту лилию – черный атлас лепестков на белом атласе платья… и цветок расплывался у него перед глазами. А у Сардо – гортензия. Черная. Но Алекс отогнал странную, неприятную мысль. Не сейчас.

- Извини, Роз. Мне нужно выпить что-нибудь.