Ведьмы, мётлы и котлы!

Перестав кусать ноготь, она скрестила руки на груди, посмотрела на меня и начала тихим голоском, словно боясь что-то озвучить.

— В общем, когда Эшли умерла, это ты меня позвала. Ну, то есть я думала, что это ты… — В легкой усмешке я заметила нервозность. — Сказала, что хочешь разыграть Эшли, и я… помогла тебе.

— О чём ты?

— Я много чего выучила за лето, проведённое здесь. Заклинания сыпались на меня, словно из рога изобилия и я научилась им! Представляете?! Их сотни в моей голове, — Она потёрла висок, — Тем вечером я использовала одно из них.

Мне жаль! Я не знала, что это не ты!

— Кто-то прикидывался тобой? — Сэл, наконец, удалось обнять Эшли. Та улеглась подруге на колени, позволяя распутывать волосы. Пока получалось неплохо. — Ты же упоминала тогда…

— Не знаю кто. Но… если кто-то решит, что это действительно была я, то…

— Никто так не решит. Кейн ведь подтвердит, что вы были вместе в тот вечер?

— Нашла о чём спрашивать. Я не уверена, что он станет со мной сегодня разговаривать, а ты спрашиваешь, станет ли он прикрывать меня в случае чего?

— Зачем вообще кому-то понадобилось губить Эшли? Я не понимаю.

— Как и я.

Сэл пробормотала заклинание, призывая магические часы, расположившиеся на её запястье.

— Опаздываем. — Она подняла Эшли и встала, отряхивая грязь с одежды. Хорошо, что на ней были чёрные джинсы, и даже если грязь осталась она благополучно слилась с ними. — Нельзя опаздывать. Сегодня первое занятие по полётам! — Она поправила волосы и спросила, — Как я выгляжу?

— Так же как и до этого.

— А конкретней?

— Отлично, Сэл. — Подтвердила я. — Чего ты так всполошилась?

— Мама меня прикончит, если опоздаю.

— Точно, твоя мама ведь теперь преподаёт полёты. Фигово. А что с Эшли?

— В смысле «что»? С нами идёт. Не хватало, чтобы она добавила нам ещё больше проблем. — Ответила я на вопрос Кесси.

***

В парящей оранжерее мётел было так жарко, что одежда липла к телу.

Сквозь прозрачные стены и крышу внутрь проникало столько света, что я ощущала себя муравьем, на которого направили лупу. Увы, но в иных условиях мётлы упорно не желали расти. Любили они такую температуру.

Я стояла, склонившись над цветочным горшком довольно приличного размера и лопаткой рыла небольшую ямку, в которую вскоре следовало поместить крошечный росток метлы. Оживлённый магией, он извивался и брыкался так, что это казалось невыносимым.