Ведьмы, мётлы и котлы!

— В общем, помнишь, она в том году говорила, что встречалась с отцом? Так вот после того случая я как-то застала её за составлением завещания. Я тогда ещё спросила, что она делает, а Эшли ответила, что отец посоветовал ей составить завещание заранее, чтобы после смерти её призрака не призвали обратно ради забавы и всё такое…

— Что-то я пока не понимаю, к чему ты клонишь…

— Нужно переписать его.

— И что? Напишем, что она сама хотела вторую жизнь? — Я нервно усмехнулась, представляя, до чего докатилась, раз не считала этот план дерьмовым.

— Я умею подделывать почерк! — Кесси сразу оживилась, в предвкушении потирая ладони.

— Отлично, Кесси. — Порывшись в вещах Эшли, Сэл отыскала сложенный лист бумаги и развернула, прочитала его, а затем передала Кесси. — Вот. Поторопись. Затем надо будет сжечь оригинал.

— Будет сделано! — Выпалила Кесси, карие глаза заблестели в предвкушении. Взяв чистый лист и перо с чернилами, она разместилась на полу и принялась выводить буквы. Сверху, на чистом листе красовалось короткое: «Завещание» — Диктуйте.

***

— В общем, если спросит, говорите, что я одна это затеяла. — Сжав листок в руках чуть крепче, чем следовало, я постучала в дверь.

Ректор Эйвин Стоун поливала цветы на своём личном балконе, напевая какую-то мелодию, когда мы вошли.

Её огромная шляпа покоилась на одном из бежевых кресел, сквозь тусклые, пыльные окна в кабинет проникал вечерний свет, бледно-жёлтыми полосами располагаясь на мебели и стенах и окрашивая прежде невидимые частички пыли парящей в воздухе.

Она обернулась с лейкой в руках и, не говоря ни слова, проследовала к столу.

— Проходите, девочки. — Стульев было всего два, и их заняли Сэл и Кесси, но мне всё равно не хотелось садиться.

— В общем… — Я подошла к столу, положив на него сложенное завещание, надеясь, что Кесси действительно постаралась над почерком Эшли. — Это завещание Эшли.

Эйвин Стоут отставила лейку в сторону. Пока она разворачивала завещание, я пыталась отвлечься и не запаниковать, следя за тем как капли влаги скатываются по красной металлической поверхности лейки.

— И кто из вас решил исполнить всё описанное? — Не поднимая взгляда, она продолжила, — Рида, это была ты?

— Да. — Во мне родилась неожиданная злость за то, с каким осуждением ректор произнесла это.

— Ясно. Раз это сделала ты, то и отвечать за Эшли придётся тебе. Она должна, как и прежде посещать занятия. Но, несмотря на то, что ваша подруга, пусть не совсем, но всё же жива, поиски убийцы продолжатся.