Обряд

Вы простите меня за вчерашнее, я никогда ещё так не пугалась, даже на испытаниях!

Так. Пока не будем уточнять, что за испытания приняты там у них в Инквизиции.

— Не извиняйтесь. Вы не сделали ничего недостойного. — Владимир не сразу нашёлся, что сказать. — Если знаете, чем могу помочь — скажите.

— Я сама должна справиться, — возразила Агафья. — Вы и так очень помогли. — Она посмотрела ему в глаза, затем глянула в окно. — Солнце всходит, — заметила Агафья, поднимаясь на ноги. — Пора.

Пора? Что именно пора? Агафья кивнула ему и направилась в спальню, Владимир пошёл следом.

Заметил, что Агафья успела собрать постельное бельё. Агафья оглянулась, видимо, чтобы убедиться, что Владимир тоже здесь. Она улыбнулась ему и... опустилась на колено, глядя в сторону восходящего Солнца.

Затем сложила руки на груди, крест-накрест, и прикрыла глаза.

— Obscuro nihil, — услышал поражённый Владимир. — Aperta claraque sum, janua clavisque sum, in lucem cum veritate sum...

Что-то происходило с органами чувств: в уши словно вставили вату, в глазах всё стало двоиться, да и ноги плохо держали.

Владимир нетвёрдым шагом направился к ближайшему стулу. Неловко сел, едва не упав, и осознал, что видит теперь узор из светящихся и вращающихся спиралей, кругов, других контуров на стенах и потолке. И ещё ему показалось, что очертания преклонившей колено Агафьи светятся.

Неясно, как долго он просидел, слабость прошла внезапно, нахлынули энергия и бодрость, и слух словно включили — Владимир услышал заключительные слова Агафьи:

— Fiat lux aeterna, fiat veritas aeterna, esto perpetua.

Агафья склонилась, коснувшись лбом пола, и замерла так на пару секунд. Владимир поднялся на ноги, ощущая всё ту же бодрость, ясность духа и непонятную беспричинную радость. Агафья выпрямилась, поднялась на ноги и поклонилась Солнцу. Затем обернулась. На лице её сияла радость. Она бросилась к Владимиру, взяла его за руки.

— Я всё поняла! — не отводила она взгляда от его глаз.

— Спасибо вам! Отвезите меня в Управу, хорошо?

— Хорошо, Ганя. — Голос не сразу повиновался. — С удовольствием.

На стенах уже не было ни спиралей, ни чего-то ещё. По правде говоря, комната теперь выглядела обыденной и немного скучной.

И снова Владимир не заметил, как именно Агафья обулась. Вроде просто шагнула в сторону ботинок, и вот уже они на её ногах.

* * *

Агафья уже не выглядела потерянной, жестом попросила Владимира впустить её через турникет.