Повелитель снов (Дрон-6)

— Случайно попал? Или не попал? «Кандалы» принеси, а?

Оружие нам брать запретили, а наручники мы захватили. Как и ножи. Что не запрещено...

Белова умело сковала пленного сзади, вдвоем мы его затащили в купе. Даша сдернула маску. Обычный мужик, лет около тридцати. Без особых примет. На нас он смотрел мутно: то ли не вполне отошел от контузии, то ли...

— Что, милый, просветишь нас, сирых? По какую малину вы к нам завадились? И не смотри на меня эдак глухо, девушка я непугливая, отвязанная, да еще и пьяная. Подумай расчетливо, как нам попонятнее разъяснить: кто, откуда, зачем.

А то я расстроюсь. И осерчаю. Нервы, знаешь ли. — Закончив монолог, Даша посмотрела на меня: — Пора бы и ментам объявляться.

— Сопровождающим состав?

— Хотя бы. Что-то не торопятся. Никто не хочет становиться героем, а?

— Огневой контакт был тихий. Поезда по нынешним временам могут у каждого столба тормозить. Так что дрыхнут сейчас служивые, оба-двое, в бригадирском вагоне в четыре ноздри.

— Если не в доле.

— Если так.

— Как выпутываться станем? Инструкций не было.

А старший — ты. Или думай, или приказывай.

Думать, собственно, нечего. Связи нет[1]. Документов, кроме собственных паспортов, нет. А пребывать легально в условно чужой стране с такими довесками... В милиции можно задержаться не надолго — навсегда. Ибо в наличии сотворенные пять жмуров невнятного происхождения, ну да их еще доказать надо, мало ли что под насыпью валяется... Пригоршни гильз по вагону и прочее — мелочовка, если прибраться усердно и в срок.

Да и проводник молчать станет, как эстонская рыба.

Правда — еще пленный с мутным взором и санитар Костя Косых: этих хорошо бы разговорить из нездорового любопытства да прикинуть, что день грядущий нам готовит, раз уж ночь выдалась такая огнестрельная... А еще — машинист, по какой-то причине стопорнувший поезд... А еще — шестеро детей на руках. И воспитатель Альбина Викентьевна. А в Бактрии должны встретить капитан СГБ Гнатюк и доктор Коновалов. Коим и велено передать детей с рук на руки согласно приказу.

— Выполняем задание. Доблестную милицию — пленяем. Потом — будет видно.

— Нарушаем по полной?

— Я же сказал: нежно. Без тяжких телесных.

— Вам бы все приказывать, мужчина, а слабой женщине в эдаких несвязухах каково?

С этими словами Белова запихала вафельное полотенце поглубже в пасть пленному, привязала того шнуром к поездной железяке, для верности, подхватила автомат, бодро встала:

— «Шахерезада Степанна?» — «Я готова!»

— Погоди, накину что-нибудь.