Эвалон

Все закончилось тем, что отец взял растерянную мать под руку и молча вышел из зала, оставив девушку одну. Девушка от злости пнула свою сумку. Не помогло. Злость осталась, а к ней еще прибавилось чувство стыда. Отлично.

И вот теперь целую неделю она сидела в своей комнате. Еду приносили, выходить не просили. Неделю, каждый день которой Нимуэй разрывало чувство вины перед родителями. Умом она прекрасно понимала, что как бы мама с папой не хотели, они ничем не могли помочь. Это воля богов. По этой причине она и сама ни слова не сказала, когда услышала свое имя в бальном зале правителя Катэндэла.

Она могла сказать им все, что о них думает и кинуть наследнику в лицо кольцо с сапфиром. Нет, лучше кинуть это кольцо в лицо Рэндэла. Его вины здесь больше. Но Нимуэй не сделала ни того, ни другого. Воля богов. Что могла просто эльфийка сделать против этого?

Был уже поздний вечер, но это не остановило девушку. Она знала, что родители не спят. Скорее всего отец работает в своем кабинете, а мама дышит воздухом перед сном.

Поразмыслив, сначала Нимуэй решила найти папу.

Эльфийка глубоко вздохнула и постучала в дверь.

- Войдите.

Как она и ожидала, Олиндер что-то писал за своим столом. Но в кабинете была и мама. Галадриэль сидела в кресле и читала книгу. Женщина сразу же отложила ее на стол, как только увидела позднего гостя. Олиндер замер, не донеся перо до бумаги. Они смотрела на дочь. И ждали. Нимуэй молчала. Да и что она могла сказать? Каждое слово казалось глупым и бессмысленным. В своей голове она приготовила речь, где просила прощения у родителей, где объясняла, как ей трудно.

Но все эти слова вылетели из головы, как только она оказалась рядом с ними. Повинуясь какому-то душевному порыву, девушка молча бросилась к матери. Она опустилась перед ней на пол, и положив голову на колени Галадриэль, разрыдалась. Нимуэй толком не могла связать даже пары слов. Она плакала, а мама нежно гладила ее по волосам и шептала ласковые слова. Девушка почувствовала, что рядом с ней на пол опустился папа. Это настолько растрогало девушку, что она с новыми рыданиями кинулась в объятия Олиндера. Он просто молчал и крепко обнимал дочь. Никто не произнес ни слова. Да этого и не нужно было. Они все поняли. И простили.

На следующий день Нимуэй проснулась с тяжелой головой, но легким сердцем. Она помирилась с родителями. Они ее простили. Это самое главное. Сегодня она отправляется в академию. До начала учебного года осталось три дня. Наконец-то она встретится с Мелани.