Эвалон

Мелани лежала под двумя одеялами, завернувшись в них словно в кокон, а на ее тумбочке стоял большой букет белых лилий. Это любимые цветы Мел. Эльфийка испытала легкое чувство вины, вспомнив, каким образом они достали этот букет.

Нимуэй решила дать подруге еще немного времени поваляться в постели. Эльфийка быстро привела себя в порядок и спустилась вниз. Она решила зайти в столовую и принести что-нибудь в комнату позавтракать. Сегодня особенный день. День магии и колдовства. Все студенты были возбуждены и счастливы без повода.

  По пути девушка заметила местного хранителя замка (он отвечал за всю хозяйственную часть академии), который сердито махал руками и что-то объяснял профессору Виктории. Нимуэй с ужасом поняла, что он жаловался на то, что ночью кто-то с корнями выдрал цветы прямо под окнами академии. Недолго думая, эльфийка свернула в сторону от хранителя и быстро зашагала в буфет. Через несколько минут она почувствовала вкусный запах свежеиспеченного хлеба и улыбнулась. Она на месте.

Войдя в столовую, Нимуэй не удивилась, что здесь было полно народу. Час уже не ранний, многие уже проснулись и спустились позавтракать. Нимуэй сразу же окутало смехом и радостным настроением посетителей. Неприятным фактом стало то, что один из столиков занимала Лаурин со своими подружками – Кэрол и Джессикой. Видимо, они тоже заметили эльфийку, начали шептаться и смеяться. Вот ведь змея. Испортит любой день. Нимуэй решила их проигнорировать и оправилась собирать завтрак на поднос.

Она уже брала чай, когда услышала, что Лаурин что-то говорит нарочно громким голосом.

- Ой, посмотрите. Сама невеста наследника почтила нас своим визитом. Сэмюль, Каллиниэль, - Лаурин крикнула темным эльфам за соседним столиком, - не хотите поклониться своей повелительнице?

Все присутствующие с любопытством наблюдали за сценой, разворчавшейся на их глазах. Лаурин улыбалась. Темные эльфы никак не реагировали. Нимуэй замерла с подносом в руках.

- Не хотите? Какая жалость, - притворно огорчилась Лаурин.

– Но я уверена, что вы не первые, кто не захочет этого делать.

- А не пойти бы тебе к черту, Лаурин? – зло бросила Нимуэй.

- А что ты злишься? Привыкай. Никто не может понять, почему наследник выбрал тебя.

- Раз выбрал, значит была причина.

- Мне кажется, я даже знаю эту причину. Он выбрал тебя из жалости, - с презрением произнесла Лаурин. – Или ему будет не жалко, если вдруг его народ тебя не примет и убьет.

- Катись к черту.