Твоя небесная Кара

Вам выделят покои, а завтра, незамедлительно, отправляйтесь в свой мир.

- Но…- Хотела возразить Кара, вот только князь не позволил сего сделать.

- Никаких но. – Словно, отрезав словесные рвения девицы, правящее лицо Данграда продолжило:

- Вам не место в иных мирах и, кой вы сами за себя не переживаете, то я – клялся нести ответственность за благополучие и мир своего народа, а вы, к превеликому сожалению, можете принести нам беду, своим присутствием. – Возражению приказ князя не подлежал, посему, лишь грустно, но одновременно кивнув головами, спутники подались прочь в свои временные апартаменты.

Находясь у самих дверей, Гарри развернулся лицом к недавнему собеседнику, и, лишь буркнул что-то, схожее на:

- Спасибо, что всё же приняли нас и уделили нам своё драгоценное время. – Конечно, уходить, не поблагодарив за предоставленное внимание было бы негоже, вот только, девушка не подумала об этом, находясь в урагане своих размышлений.

- Всегда пожалуйста, мои дорогие гости. Надеюсь, вы благополучно проживёте свою жизнь, приняв правильное решение.

Кара, - заставив юную деву взглянуть на себе, князь продолжил обращение уже, именно к её особе, - Помни о том, что этот риск, совершенно, не оправдан и не стоит ваших жизней. Ты знаешь, какая опасность может вас настичь, убереги и себя, и своего юношу. – Ответа, вновь, не последовало, лишь, очередной невеликий соглашающийся кивок и потупленный в пол взгляд.

– Ступайте. – Едва Яков Тогоши произнёс своё последнее завершающее слово, двери помещение открылись пред двумя спутниками, пропуская их в длинные коридоры, ведущие до новых, временных покоев.

Идя вдоль белоснежных стен, каждый думал о своём, словно, находясь где-то в прострации или, как говориться в народе: «летая в облаках».

Из полного погружения в свои мысли, спутников выдернула увиденная дверь, покрытая серебренным напылением и мраморным узором, кой изображал ветки растений, схожих на ликон. Отворив их, пред глазами вошедших престала, достаточно, большая комната, с несколькими подсвечниками, которые уже пылали своим холодным, будто, отливающим синевой цветом, одним большим комодом и двумя кроватями, что расположились друг напротив друга, у противоположных стен.

Сил на разговоры, вопросы, или же, обсуждения случившегося – не было. Как только путешественник и магическая дева увидали кровать, их тела, обмякшие от резкого наплыва усталости, словно, свалились на мягкие простыни, утягивая каждого из спутника в царство Морфея.