Замуж за архимага

— Не надо противиться неизбежному, эйла, — сказал князь, делая короткий пас рукой, от которого стенки моей магической ловушки угрожающе полыхнули. — Расслабься, и тебе станет легче.

Куда там! Лопатки заныли сильнее, как и копчик, и макушка. Но особенно неприятно почему-то стало руке, запястье которой оплетала проклятая «татуировка». Темный узор, казалось, раскалился докрасна, пугая все сильнее. Крылья в попытке удержаться, обняли меня сзади, хвост закрутился вокруг ноги, косички узлом завязались на шее и только рожки оставались неподвижными, как самая твердая (пусть и съемная) моя часть.

Архимаг же, игнорируя порцию проклятий, которыми я сыпала в панике, вновь начал бормотать что-то непереводимое.

— Мне жарко! И холодно! У меня температура, зуд… — вопила я, извиваясь, будто настоящий демон на сеансе экзорцизма. Не то чтобы все это у меня действительно было, но играла я мастерски, пытаясь сохранить тайну своих трансформаций. — Это аллергия! На вас и ваши заклинания-а-а-а…

Кожу окатило огненной волной, а потом защипало, но, к счастью, все быстро прошло, включая боль в руке.

Меня так неожиданно отпустило, что я не сразу в это поверила. Когда же осознала, что мучения закончились, моя иллюзорная одежда начала стремительно растворяться, обнажая тело. Вот засада! Захотелось взорвать к едрене-фене мерцающую «клетку» и ее создателя, но вместо этого я рявкнула:

— Хватит! — И… что-то все-таки взорвала. Хотя «взорвала», наверное, слишком громко сказано.

Выглядело это примерно так: сначала раздался очень громкий хлопок, от которого лично у меня заложило уши.

Потом я привычно утонула в облаке разноцветной пыльцы, пахнущей розами. Когда же волшебная хмарь наконец рассеялась, обнаружила засыпанную цветами пентаграмму… которая больше не функционировала. То есть абсолютно! Но самым удивительным было не это — розы на сей раз оказались вовсе не иллюзорные, как случалось ранее, а самые что ни на есть настоящие! И в отличие от моего костюмчика они не таяли.

— Ёжкин кот! — выдохнула я, осторожно ступая на пол, покрытый алыми цветами.

— Это я сама все наколдовала или чей-то сад ограбила?

— Полагаю, второе, — сказал князь, снимая один бутон с плеча, а второй выуживая из распущенных волос. Ему досталось куда меньше, чем пентаграмме, но все равно досталось.

Повертев в руках розу, Дантэ оторвал лепесток, понюхал его, затем смял пальцами и разве что на вкус не попробовал! Прикрыв глаза, начал водить раскрытой ладонью над розой.