Замуж за архимага

— Я? Э-э-э… Свечку держу! — сказала, вновь схватив канделябр, своевременно поданный мне хвостом. И опять света стало многовато для столь пикантной сцены.

— Свечку, значит. Ну-ну, — хмыкнул Фабио, прикрывая любовницу простыней.

Себя прикрыть он не догадался. Или специально так поступил, решив продемонстрировать товар лицом… и прочими частями тела. А что? Мужчина в самом соку, самЭц! Отлично сложенный, мускулистый… да и прибор (тот, без которого род не продлить) в полном порядке. Будь на моем месте юная неискушенная дева — сгорела бы со стыда.

Я же подошла ко всему философски. Подумаешь голый мужик! Не первый в моей жизни и, вероятно, не последний. Главное, понять, зачем весь этот спектакль разыгран. Что именно испытывает во мне сейчас ОЗ? Терпение, ревность, адекватность… что?!

— Присоединишься? — снова заговорил владыка. Лениво и без огонька, будто заранее знал ответ.

— Воздержусь, — сказала я, отступая. Хвост ощупывал путь, чтобы мы на что-нибудь не напоролись, например, все на ту же кровать, которая имеет неприятную особенность вырастать на дороге.

— Но ты ведь не возражаешь, Кайярдэ? — Он притянул к себе блондинку, которая сильно походила на безмолвного статиста: сидела, не выражая никаких эмоций, и молчала в тряпочку. Его величество же, напротив, все больше напоминал себя настоящего, и я невольно начала сомневаться в его иллюзорности. — Против наших маленьких шалостей. — Он демонстративно поцеловал девушку в макушку.

— Не возражаю, — подумав, ответила я. Честно ответила.

А потом еще честнее добавила: — Но если мы все-таки поженимся, и вы продолжите в том же духе, ваше величество… — Взвесив в руке канделябр, я обратила полный обожания взгляд на огонь, после чего ласково пообещала: — Спалю к бесовой бабушке вместе с кроватью.

Думаете, Альмандин испугался или хотя бы возмутился? Снова «Ха»! Этот рыжий бесстыдник заржал, аки конь, которому перепал целый амбар овса. Я нахмурилась, борясь с желанием стукнуть его канделябром, а он продолжал весело хохотать, сотрясая кровать, блондинку, спальню, пол, меня… а-а-а… куда я, черт возьми, падаю?!

Поболтав мое бедное тело в воздухе, как в центрифуге, тьма выплюнула свою добычу на очередную тускло освещенную (на сей раз светлячками) «сцену».

Под пятой точкой, на которую я мягко приземлилась (спасибо крылышкам), росла самая настоящая трава. Холодная и густая. Ну все, теперь точно улица! Или сад какой-нибудь — по словам подруг по отбору, садов в этом замке три или даже четыре.