Ведьмины рассказы

Толпа снаружи нахлынула на них, на что Изельда только махнула рукой и, решительно проталкиваясь, пошла домой.

— Разве ему хватит капли? — спросила Агни, когда они отошли от дома столяра.

— Да, — старая ведьма выразительно сплюнула, — тьфу, то не человечья кровь — драконья. Посильнее будет, главное — не перебарщивать с дозой.

— А что будет, если налить больше? — наученная всегда уточнять все детали, спросила Агнесса.

— Лопнет от счастья, — с кривой ухмылкой ответила Изельда. — Силы-то много в кровушке-то драконьей, да вот сосуд подкачал.

От вампира в нём — капля на кончике иглы, пшик, одно название, хотя свою часть сил этот бедолага всё равно получит.

— А дальше что?

— А что дальше? Он как пил, так и дальше будет, из дома носа не показывает — тоже всё по-старому. А осиновый кол кому угодно вбей в грудь — едва ли выживет. Стабильность и процветание!

Не ходите дети в лес

Агнесса аккуратно, несколько недоверчиво дотронулась до причудливой деревянной фигурки чуть короче пальца.

Таких перед ней было шестнадцать и столько же на другой стороне доски.

— Так, давай ещё раз, — вымученно сказала она. — Вот эти маленькие, которых много?..

— Пешки. Ходят на одну клетку вперёд и бьют по диагонали от себя, — Ликон попытался выдрать у себя клок волос.

— Ага, а вот эти башенки ходят по прямой и так же бьют, — довольная своими познаниями в шахматах сказала Агни.

Идея научиться играть в эту игру принадлежала самой ведьме и возникла из того простого обстоятельства, что снаружи была зима, а делать долгими вечерами было откровенно нечего.

Карты же приелись настолько, что бабушка Изельда просто сдавала, говорила, кто победит, и заново тасовала.

Обучение продвигалось плохо. По неизвестным причинам правила шахмат усваиваться мозгом ведьмы не желали наотрез. Последние три часа, скорее, напоминали пытку. Причём, учитывая энтузиазм Агни, пытку именно Ликона. Они сидели у него дома, решительно оккупировав самый большой стол.

Юноша поначалу отнёсся к затее очень воодушевлённо: он был единственным в округе, кто умел играть в шахматы, и даже раз в год ездил в Марку, где неизменно проигрывал какому-то «растрёпанному пареньку в шортах».

Его наставнического запала хватило где-то на полчаса, затем начались пять стадий принятия того факта, что затея обречена на провал. На данный момент прошло три часа, и Ликон находился на этапе депрессии.