Свет во тьме

Тебе всего лишь нужно скомпрометировать меня, - меня саму не особо прельщала эта идея, я прекрасно помнила, чем обернулся тот один из первых ужинов в Караине и забытая шаль, но наш ход должен был быть и правда вопиющим и неожиданным. Я закусила губу, думая о том, как нам нужно было обеспечить свидетелей. Стоило бы подговорить Дом, но я же не знала, сколько времени потребуется, чтобы убедить Киллиана, а теперь… теперь стоило хитрым способом привести кого-нибудь сюда и обставить всё так, словно мы прятались от посторонних глаз, и нас поймали бы с поличным.

Мне едва удалось уловить рассредоточенным взглядом быстрое движение, прежде чем Киллиан поцеловал меня. Поцелуй снова застал меня врасплох. Нам всего лишь нужно было создать видимость, и это не должно было быть чем-то подобным.

Я слегка толкнула Киллиана, но тот и не думал отстраняться. Я толкнула сильнее, но результат был прежним. Складывалось впечатление, будто он только этого и ждал. Я пыталась сопротивляться, пыталась оставаться безучастной, предполагая, что его вряд ли устроила бы безвольная кукла в его руках и пыталась тем самым заставить его отстраниться, но он ни на что из этого не реагировал.

Странное чувство, начавшееся как покалывание в кончиках пальцев, всё сильнее и сильнее распространялось по телу, всё больше и больше, лишая меня собственной воли, заставляя предать не только саму себя, но и забыть о верности Гриффину.

Я не хотела этого, не собиралась ни повторять это безумие, ни реагировать на поцелуи, но что-то внутри заставляло меня это делать, и я отказывалась называть это теми словами, которыми можно было описать происходящее.

Каждым своим мгновением эта ситуация была неправильной, но я ничего не делала, чтобы её остановить.

Самый коварный этап нашей затеи начался, когда Киллиан отстранился и вытянул из моих волос шпильку, которую сам же и подарил, расправил волосы и нарочно растрепал их, продолжая смотреть на меня сверху-вниз тяжелым, лишающим воли к возражению взглядом.

- Что ты делаешь? – спросила я, пытаясь не вздрагивать от непривычно звучащего собственного голоса.

- Компрометирую тебя, - хмыкнул кузен и спустил рукава платья с моих плеч. Достаточно, чтобы оно продолжало на мне держаться, и в то же время неприлично открывая плечи, чтобы это считалось неприличным. - Думаешь, кто-нибудь поверит нам, если мы просто постоим наедине? Этим никого не удивишь.