Свет во тьме

Думаешь, она смогла бы составить хитроумный план? – раздраженно хмыкнул отец Мирты.

Я посмотрела на Рольда, но вместо того, чтобы настаивать на своём предположении, а ведь он на самом деле действительно был прав, признал поражение и смотрел на Киллиана так, словно хотел бы снести ему голову. Вряд ли подобное произошло, но в намерениях опекуна я не сомневалась.

- Что же скажешь делать с таким позором? – поспешно повернулся он к своему другу, который для себя уже всё решил. Хвала высшим силам за это, за то, что честь будущей супруги значила для того больше, чем все обещания зятя.

- Пусть твой племянник за него и отвечает, - ответил Морриган, и словно решив, что вопрос закрыт, собрался уходить.

Рольду же было что сказать. По нему было видно, что он собирается спорить ещё, если найдется кто-то, кому нужно будет доказывать свою точку зрения на происходящее, но продолжать разговаривать с ним мне не хотелось. И без того становилось ясно, что на закате свадьба если и состоится, и невеста будет та же, то Рольду придётся заменить жениха.

Киллиан несильно толкнул меня в бок, и я на удивление быстро догадалась, что он хочет сделать. Мне самой, как и ему, больше не хотелось здесь находиться, и был всего один очень простой способ убраться восвояси. Играла роль я обычно плохо, но мой местный дядя не раз доказывал, что моих актерских способностей было для него достаточно. Сделав весьма посредственный трюк с потерей сознания, я позволила кузену вынести себя на руках и не приходила в сознание, пока не оказалась уже в самой башне.

- Довольна? - спросил Киллиан, как только я отряхнула своё платье и попыталась пригладить взлохмаченные волосы, после того как он опустил меня на пол в нижней комнате башни. Прическу всё равно нужно будет переделать, но я была слишком довольна тем, как всё сложилось. Еще уходя на завтрак, я была полна решимости чуть ли не войну объявлять кузену, а теперь… теперь похоже, я всё еще была обручена, но на своих условиях и не с тем, кто каждое мгновение стремился залезть мне под юбку.

- Да, но поцелуй был совсем не обязательным, - растерянно ответила я.

Мне снова стало стыдно за свою слабость. Почему я ровным счётом ничего не сделала? Он же не был таким неотразимым, чтобы совсем потерять голову. Я не была в него влюблена, чтобы не помнить ни своего жениха, ни о запретах Старейшин на отношения в чужих мирах, и была не настолько глупа, чтобы считать, что поцелуй не считался, пусть и маленькой, но изменой.