Сказка о каменном талисмане

И у него были брови, подобные

изогнутому луку, и зубы, подобные жемчугу, и он был заметнее, чем знамя

над воинами, и глаза у него были черные, и мускусом веяло от его дыхания.

И он тоже искоса смотрел на меня.

- О Аллах, за что ты посылаешь мне такие сны? - прошептал этот человек

так, чтобы я могла услышать. - Ведь мне опять придется натягивать

кольчугу, и садиться на спину коня, и догонять, и поражать, и нет

спасения от этого бедствия!

- Кто ты, о человек, принесенный джиннией? - спросила я.

твои слова о снах, конях и кольчугах?

- Я купец из купцов Басры, о юноша, - отвечал он мне. - И имя мне

Ильдерим. И Аллах покарал меня любовью джиннии, и она насылает на меня

диковинные сны, и приходит ко мне под видом прекрасных девушек, и я

наслаждаюсь ею, а потом вдруг просыпаюсь в своей постели, и оказывается,

что все это - пучки сновидений. Но эта безумица, джинния Азиза, еще не

приносила мне такого юного и прекрасного лицом соперника.

- Мне тоже показалось, что это сон, о Ильдерим, - сказала я ему. - А мое

имя Хасан, и я сын кади, и моя история достойна того, чтобы быть

записанной иглами в уголках глаз в назидание поучающимся!

- А знаешь ли ты, о Хасан, что эти две развратницы сейчас разведут нас по

разным концам ристалища, и дадут нам коней, и мечи, и копья, и нам

придется сражаться ради того, чтобы Марджана одержала верх в

соперничестве с Азизой? - спросил меня Ильдерим.

- Клянусь Аллахом, я не подниму против тебя меча, - ответила я ему.

Аллах покарает меня, если я лишу жизни обладателя таких совершенств.

- И я тоже не подниму против тебя меча, о Хасан, - прошептал Ильдерим. -

Ибо впервые я вижу юношу, чья красота затмевает четырнадцатидневную луну!

А судя по разговору, ты из благородных, и твоя жизнь теперь для меня

драгоценна.

Но тут обе джиннии прекратили свой спор и воистину, как предсказал

Ильдерим, взяли нас в объятия и разнесли по разным концам непонятно

откуда взявшегося ристалища.

Но поскольку в снах все берется непонятно откуда, я уже не удивилась. И

лишь загляделась на остатки сидений, и колонны, и развалины храма вдали,

на холме, ибо все это, посеребренное лунным светом, видела я вокруг

ристалища. И это было место, выбранное древними царями, где тысячи лет

назад состязались воины колесниц, место овальное по форме, в тысячу

локтей длиной.