Повелитель Времени. Сквозь миры

Начинал он конечно издалека, подготавливал почву, плавно и невзначай затрагивал определенные темы. Иногда отец с охотой отвечал ему, а порой на корню пресекал такие разговоры. Как бы Эней не пытался, Правитель был непреклонен в своем новом жизненном пути, в своих стремлениях и желаниях.

Я периодически поднимала вопрос об освобождении Отолли, но тогда Орест злился еще сильнее, и в последний раз он сказал, что, если я снова заговорю о джинне, он даст указ принести его в жертву немедленно.

А затем опять подготовка к великому пиршеству и празднику.

Меня настолько затягивали по этим ненужным мне делам, что практически не оставляли времени и сил для встреч с Отолли.

Но я не могла его бросить, не смотря на всю усталость. И каждые два дня спускалась к нему, болтала с ним, спрашивала о его состоянии и как его тут кормят.

Вот и сегодня, по истечении этой адской недели, шла по уже выученной дороге в камеру своего нового друга. На завтра нам дали выходной. Поэтому, как только я вернусь в комнату мы приступим к обдумыванию плана.

На самом деле кое-какие наработки у нас уже есть. И мы стараемся отталкиваться от них и идти дальше, но нам либо не дают нормально все обсудить, либо возникают недочеты в новых идеях.

Перед каменной глыбой, закрывающей помещение, в котором томился Отолли, стоял Сафоки.

С этим на самом деле милым человеком – не смотря на весь его устрашающий вид – мы подружились весьма случайно. В первый вечер, когда я пришла к Ото, Сафоки стоял весьма криво, что абсолютно не положено для стража его рода.

Его «криво» выражалось в том, что накануне вечером он перекусил несвежей рыбой. Не то, чтобы ему ее подали специально, просто это он взял тарелку не с того стола.

Я любезно оказала ему услугу – постояла на страже, пока он бегал по «своим делам».

Возможно я могла бы успеть сбегать за Энеем и вместе мы бы сдвинули камень, вытащив джинна из заточения. Но боюсь тогда наши дальнейшие планы могли закончиться так и не начавшись.

Сомневаюсь, что мы смогли бы убежать далеко, и тогда все втроем уже давно поджарились в лаве Великого Беросут. А даже если бы и убежали – медальон разряжен, а Эней не оставит отца не убедившись, что не сможет ему помочь.

Когда я второй раз спускалась к джинну, Сафоки снова стоял на страже. Он с улыбкой встретил меня и любезно отодвинул камень.

А после того как я вышла из помещения, он попросил меня составить компанию и ему, хотя бы на пол часика.