Слезы Моря

И в Кардосе рыбаки боятся выйти в море. Лодки сохнут на берегу под таким редким, но желанным солнцем.

Море шептало, что люди не хотят тревожить воду, пока не появятся в чаше городского храма Слезы Моря. До судьбы Трин им не было никакого дела.

Глупцы! Никак не поймут, что за камни, исполняющие желания, они платят гораздо больше, чем думают. Нет, они не просто отдают жизнь человека или мага, а сами добровольно выжигают в своей душе то светлое и лучшее, что там есть. Подлость потом не окупить даже сотней добрых дел, предательство — смелостью, а черствость — желанием защитить близких.

Люди этого не осознают. Или не хотят осознавать?

Я сжал кулаки. Как бы я не желал изменить существующий порядок, что бы для этого не делал — я бессилен, связан по рукам и ногам!

Ненавижу! Себя за эту слабость.

И как же хочется разнести к темной бездне хотя бы Зачарованный остров! Но и это мне недоступно. А очередная буря на море не заставит бушующую внутри ярость утихнуть.

Я не сдержался и выругался, поминая сирен с их предками до десятого колена.

Глубоко вдохнул и снова прислушался к тому, что шепчут волны. Они никогда не лгали, не обманывали, не предавали. Я всегда их любил, и это чувство усилилось, когда стихия стала частью меня.

И еще море знало больше, чем кто-либо на свете. Вода — стихия, что просочится в любую щель, заполнит ее собой, но она же умеет хранить тайны, прячет их неведомо куда, как сундуки с сокровищами на дне морей. Не найдешь ни за что на свете, если сама не захочет отдать.

— И что на этот раз плохого?

Рэм подошел неслышно, остановился и усмехнулся. Его оптимизм заставил меня в который раз фыркнуть. Вроде бы пора с этим смириться, привыкнуть, что ли... Сколько лет дружим!

— Можно подумать, ветра тебе ничего не нашептали.

Друг хмыкнул, сел на песок, задумчиво вгляделся вдаль.

— Отправимся в Кардос?

— Придется, — ответил я.

— Переживаешь за Трин?

— Она чуть не умерла во время обряда! Сам же...

— Знаю, — оборвал Рэм. — Но волноваться не о чем.

Остров пустынный, никто не может на него попасть, кроме нас двоих да того, кому суждено умереть во время проклятого обряда. Раны ты Трин залечил.

Друг немного нахмурился. Он не был в восторге, когда я призывал целительную магию. На это время с меня полностью исчезала защита, я становился уязвимым.

Мы немного постояли и помолчали. Я искоса посмотрел на него.

Рэм развлекался, создавая маленькие ураганы из желтого песка. Я постарался не усмехнуться.