Слезы Моря

Ближайшая группа патруля услышит. Должна, по крайней мере. Я еще немного постояла, пытаясь прийти в себя, а потом поняла, что просто обязана найти остальных курсантов. Вдруг они в беде и им нужна помощь?

Я быстрым шагом дошла до площади, свернула в проулок, уговаривая себя не паниковать. Получалось плохо. Когда обнаружила мертвого Лира, а неподалеку в таком же состоянии двух других курсантов, мне стало по-настоящему страшно. Захотелось сесть на мостовую и разрыдаться, но вместо этого я дрожащими руками вытащила кристаллы и разбила все три сразу.

И снова принялась ждать.

Время тянулось медленно и бесцельно. Я нервно оглядывалась, но улица была пуста. Куда все подевались? Где Ночная стража? Поняв, что ничего не остается, как идти и искать хоть кого-то, я вышла обратно на площадь, которая, вот что странно, была в тумане, таком густом, будто его собрали со всего города. Я вытащила меч, чувствуя, что если нежить и есть, то она прячется тут, на площади.

Тело накрыла волна холода. Словно лед пробирался под кожей, плыл по венам.

Мне стало тяжело дышать. Я покрепче сжала оружие, пытаясь устоять на ногах и осознавая, что курсантов и мага убила не нежить. И это существо, кем бы оно ни было, сейчас то же самое сделает со мной.

Я подняла руку, рубанула воздух. И холод отступил. Я замахнулась еще, но ударить не успела, лед коснулся ладоней, заставляя выронить меч и упасть. Я уткнулась лицом в камень мостовой, не чувствуя его. Попыталась шевельнуться, закричать, дотянуться до меча — да хоть что-нибудь сделать! Но холод парализовывал, лишал воли, заставлял хотеть одного — чтобы все это как можно быстрее закончилось.

Закрыть бы глаза, уснуть... Во сне наверняка будет тепло.

«Сопротивляйся!» — «Уже и галлюцинации начались. Какой-то смутно знакомый голос». — «Сопротивляйся, я сказал! Я почти рядом». — «Легко сказать, а мне так хочется спать... в тепле». — «Сопротивляйся, иначе живого места потом на тебе не оставлю!»

Странно, но к горлу подступил смех. Я открыла глаза, увидела меч и поняла, что хочу до него дотронуться.

Холод стал сильнее. У меня, наверное, даже губы синие, как у утопленников.

«Уснуть бы!» — «Не смей закрывать глаза!» — «Как же холодно! Я уже не чувствую ни рук, ни ног». — «Подумай о том, что согреет». — «Сон». — «Нет. Не смей мечтать об одеяле. Запрещаю!»

Так, наверное, и сходят с ума. Начинается с холода, а завершается знакомым голосом в голове. Если выживу, пойду лечить нервы к целителю.