Белоснежка для его светлости

— И я рад тебя видеть, Белоснежка, — сказал муж, затем протянул украшенную татуировками руку и снял с моей макушки мыльную «шапку». — Или тебя лучше теперь Русалочкой звать? Тяга к воде налицо: то морские прогулки в непогоду, то подводные заплывы на дне купальни, — иронично проговорил он, без какого-либо стеснения разглядывая вжавшуюся в угол меня.

Подтянув к себе ноги, я принялась руками сгребать пену, чтобы прикрыться ею от его любопытного взора, но как только поняла, что таким образом полностью открываю мужское тело, — резко прекратила.

Думать о том, что я взрослая девушка, готовая к супружеским отношениям, было куда проще, чем проверять это на практике. А Варг, зараза, сидел, развалившись, в занятом мной бассейне, будто так и должно быть, и, растирая в пальцах пену, задумчиво изучал меня. В глазах его, светлых, мерцающих, пряталась насмешка. Решив, что хватит уже доставлять ему удовольствие своей реакцией, я выползла из угла, расправила плечи, скрестила руки, прикрывая ими грудь, затем тоже откинулась на бортик, к которому прислонялась до прихода благоверного, и язвительно поинтересовалась:

— Где же ты был, драгоценный супруг? Неужто лорды света работать начинают на рассвете? Или нежелание проводить ночь с женой пересилило все прочие?

Бровь мужчины дернулась, приподнимаясь, а губы изогнулись в странной полуулыбке.

— Что же ты у меня ревнивая такая и подозрительная? — вздохнул его светлость, вроде как сокрушаясь, но я не поверила.

Слишком хитрый у него при этом был взгляд, что продолжало задевать.

— А еще брезгливая, — выпалила я и только потом сообразила, что могу его этим обидеть, поэтому с грацией слона в посудной лавке начала оправдываться: — Ты неизвестно где ходил, а теперь влез в мой бассейн, мог бы и подождать, когда освобожу, — сказала с обидой, причину которой и сама не до конца понимала: то ли из-за того, что муж отсутствовал непонятно сколько времени, то ли из-за его вторжения в мое личное пространство.

— Чего подождать? Когда ты пузыри начнешь пускать, прячась от меня под водой? — вполне добродушно полюбопытствовал эррисар и, взяв с полки мочалку, капнул на нее жидким мылом с цитрусовым ароматом — слишком резким для женщины, но очень подходящим для мужчины.

Пронаблюдав за его неспешными действиями, я спросила:

— А мне чем мыться?

— Тут есть только это, — муж кивнул на флакон, который вернул на бортик.