Княжна-кошка

Одна единственная стая легардов вскоре совершенно перестала походить на отдельно живущих особей. Эти создания стали куда умнее и даже смогли создать Оракул.

В те времена он был куда проще, но исправно выполнял свою самую главную функцию — связывать воедино судьбы и силу всех легардов, сдерживая их природную дикость. Сами себя сковав при помощи магии, легарды навечно ограничили свою ярость, чтобы оградить свой род от вымирания.

Проходили столетия. О том периоде Клант прочел в нескольких книгах.

Община легардов почти полностью отгородилась от островитян, защищая территорию при помощи магии, но каждый из них понимал, что грядет день, когда никакие чары не смогут противостоять ярости безумных созданий, многими из которых были их же сородичи. И тогда легарды приняли решение искать другие земли.

Они сами не ожидали, что поиски увенчаются успехом. Как и того, что вслед за собой они приведут и монстров…

Но не сразу! В самом начале жизнь легардов на континенте казалась им сказкой и невероятным счастьем.

Неосвоенные земли на востоке и севере щедро одаривали вновь прибывших, а люди, хоть и относились настороженно, но не стремились избавиться от миролюбиво настроенных разношерстных созданий.

Вскоре легарды сообразили, что люди могут стать для них отличной возможностью избавиться от древнего безумия навсегда, но им стоило огромных трудов заручиться согласием всех племен людей, в обмен на вечный мир.

Через Оракул кровь людей, пролитая в зеркальную чашу, изменила приплывших. Они стали сильнее, смогли перекидываться в человеческий облик и лучше себя контролировать.

Но те первые из нынешних легардов и не подозревали, что кровь монстров окажется настолько сильна в них, что сквозь века и десятки жизней однажды все вернется к отправной точке и, отгородившись от островов стеной, полуоборотни породят свой прежний бич в центре континента.

— «Очередной маленький монстр убил всю семью… — перечитал Клант еще раз. — Семь легардов и четыре гиппогрифа мертвы и обескровлены. Монстр скрылся в лесах на северных склонах Динарских гор. Предположительно, монстр похож на островную тханью, но без раздвоенного хвоста и с двумя парами крыльев, что позволяет зверю появляться почти незаметно. Ремесленники его видели…»

Киашьяр смял письмо и бросил в холодный камин.