Моя любимая (с)нежность

Когда в ответ не раздалось ни звука, она осмелилась поднять голову, чтобы увидеть, как мужчина преувеличено внимательно рассматривает её платье, пошитое по имперской моде. А ведь целительница выбрала сегодня самый скромный наряд, из всех имеющихся у неё в гардеробе. С рукавами в три четверти и V-образным не глубоким вырезом, оставляющим открытой шею и совсем капельку приоткрывающим грудь, платье было самим воплощением скромности!

«Нет у меня другой одежды, — недовольно подумала Солара, возмущённая бестактностью мужчины.

— Нет, и всё тут. Кому не нравится, могут не так увлечённо заглядывать в вырез!»

— Встаньте, — разрешил князь, словно почувствовав недовольство Забирающей. — Я рад вашему возвращению, ларра Солара. Так же как рады и все жители нашего княжества.

— Благодарю вас, — пробормотала целительница, подойдя ближе к столу. — Но разве в княжестве буйствует болезнь, если вы говорите...

— Нет, у нас всё спокойно, — перебил её князь. — В последнее время многие утратили надежду на ваше возвращение на родину.

Ведь в империи Роз так легко потерять голову от... открывающихся перспектив.

На последних словах мужчина вновь прошёлся взглядом по наряду Забирающей. А Солара впервые в жизни поймала себя на желании ударить мужчину чем-нибудь тяжёлым по голове. И тем удивительнее было это желание, относящееся к человеку, которого она…

— Я никогда не давала повода считать, что собираюсь остаться в империи или переехать в другую страну, — холодно ответила Забирающая, смело посмотрев в глаза своему князю.

— Хотя не буду скрывать, предложений за эти годы поступало множество, одно интереснее другого.

— И что же вам помешало принять их? — Скрестив руки на груди, князь с преувеличенным любопытством поднял смоляную бровь.

У никогда не любившей драк Солары, даже руки зачесались, так захотелось стереть с его лица это высокомерное выражение. Девушка даже немного испугалась таких несвойственных ей порывов.

— Желание вернуться домой, — с достоинством ответила она, сжав кулаки. — Ведь только ради учёбы я покинула свою родину.

— Похвальное желание. — Князь заметно расслабился. — Прошу вас, присаживайтесь. Мне совесть не позволяет заставлять вас стоять. Особенно зная, что вы только с дороги.

«А р-р-раньше позволяла, значит? — Присев на указанный стул, Солара постаралась не выказать своего недовольства. — Вот же злобный курхуш![1]»

В последующие полчаса их приватной беседы, князь Кассиан был подчёркнуто любезен с ней и упорно глядел только в глаза своей собеседнице.