Саламандра

А здесь даже питьевая вода лимитированной серии.

Крышка поддалась не сразу, но, когда Лиз-таки справилась с задачей, пальцы обдало краткой вспышкой жара. Сделав глоток, девушка хотела было поставить бутылку обратно на стол, но певица небрежно махнула рукой:

— Оставь себе, пригодится.

И снова этот двойной подтекст, который то ли есть, то ли нет.

Тем временем Джеру перешёл к действиям. Обогнув столик, он склонился к Хеллфайр и что-то прошептал ей на ухо. В зрачках солистки полыхнуло недовольство, но голос остался таким же певучим и ровным:

— Так как, ты говоришь, тебя зовут, дитя?

— Лиз… то есть, Елизавета Ящеркина, — представилась девушка, не понимая, зачем всё это? Лист с автографом уже вернулся обратно к ней, ещё до бутылки с водой.

— А не хочешь ли поработать в моей команде, Лиз? — интонация Хеллфайр сделалась мягкой, словно медовой, — У тебя приятный тембр голоса и симпатичная фигурка.

Лиз ошарашенно мотнула головой, скорее от неожиданности, чем отказываясь от предложения, но это было воспринято как знак окончания разговора, да и время, отведённое на общение тет-а-тет, истекло. Певица хмыкнула, обращаясь к Джеру:

— Вот видишь, она не желает.

И тут же продолжила, снова повернувшись к Лиз:

— Передумаешь, дай знать. Вот он, — солистка махнула рукой в сторону Джеру, — поможет. Ну или сама как-нибудь справишься.

На выход девушку вежливо проводили. Джеру, вопреки ожиданиям, остался с Хеллфайр. Похоже, никто и впрямь больше не собирался её уговаривать.

И Лиз, досадуя, что вопросов стало ещё больше, а ответов не прибавилось, пошла в гардероб за верхней одеждой, на ходу отхлёбывая из бутылки. Она так и не заметила, что ещё двое продолжали следить за ней вплоть до выхода из клуба. Лишь напоследок девушка поёжилась, словно от сквозняка, хотя фразы, вполголоса сказанные наблюдателями, никак не могли до неё долететь.

"Саймон говорит: ты принадлежишь мне".

"… девчонка".

продолжение следует...

Глава 4. Подожги меня, и я буду пылать

Дома почему-то оказалось неуютно. Всё прибрано. Вещи на своих местах. Но Лиз не покидало ощущение, что в её отсутствие в квартире кто-то побывал. Она не чувствовала себя в безопасности, и даже шторы блэкаут, надёжно прикрывшие окно в спальне, не помогали избавиться от ощущения чужого пристального взгляда.