Рубин

Платьишко на ней похоже только что украшало витрину ближайшего киоска. Обувь тоже оттуда, летняя китайская дребедень.

– Ну что, пойдем на колесе-то кататься?

Это и был джинн из кольца. Мой персональный джинн в российском неприхотливом исполнении.

Глава 3

Самое странное, что мы и вправду пошли кататься на колесе обозрения. Они сидела рядом со мной в кабинке и восхищалась видами мегаполиса. Хвосты самолетов в вечернем небе и даже дымы заводских труб, все радовало мою неожиданную знакомую.

– Ты и правда джинн из кольца? Спрашивал я её.

Она мотала головой и просила, чтобы я угостил её мороженым. Не успела появиться на свет, но уже знала, что на свете есть мороженое. И что в России оно самое вкусное.

– Платье, где украла? Денег ведь не заплатила. Смотри, попадешь в полицию, если будешь так ларьки чистить.

Я тоже болтал всякий вздор, не понимая, что же мне дальше делать. Потребовать чудес? Все прочитанные в жизни книги подсказывали, что за чудеса люди обычно дорого платят.

– Фух. Устала. Голова закружилась.

Давай на землю.

Сверзиться на землю с двадцати метровой высоту мне не хотелось. Благо, колесо своим путем прибыло к конечной остановке. Мы выгрузились на землю, и пошли покупать мороженое.

– Как приятно ногами землю потоптать. А то всё сидишь и сидишь там на месте. Последнее время вообще в шкатулке пролежала. Темно, всё думаешь и думаешь. А люди на земле ходят, дела разные делают.

Моя гостья совсем загрустила. Видно опасалась, что опять придется лезть в кольцо и сидеть там.

– Сколько лет то тебе девица красавица?

– Дак при Государыне Екатерине матушке родилась. Сам считай, сколько. Много будет.

– А молодо выглядите бабушка.

Она ущипнула меня и очень больно ущипнула. Но на части я не развалился и в землю не ушел. Обычный щипок молоденькой подружки.

– Все-таки вместе в дом нам не стоит заходить. Бабушки на лавочках меня неправильно поймут. Тем более, что внешне ты даже на пятнадцать не смотришься. Сидеть в тюрьме дяде не хочется.

– Так что, мне обратно?

Голос её мог бы разжалобить даже африканского крокодила.

Но жить в обществе и быть свободным от общества невозможно. Общество у нас еще та б...ь.

Только что была девчонка, шла со мной рядом, смеялась. И вдруг исчезла. Перстень на пальце не стал тяжелее ни на грамм. Ничего не изменилось.

– А к вам родственники заходили, обрадовала меня соседка по лестничной площадке.

Черт бы их и дьявол вместе взяли и убрали подальше, родственников.

– Так далеко не могу.