Звезды, ветер и мы. Дорогами иных миров

Лишь бы ничего не случилось!

Утром выкроил время и промчался по трассе на сверхскорости. Не впечатлило. Наверно потому, что и близко не шло в сравнении с «полетом» волка в силе под полной луной.

На занятиях было даже не скучно — тоскливо. Интересы с однокурсниками хронически не совпадали. Мне не интересно обсуждать безногих игроков нашего футбола или планировать вечернее развлечение с пивом. Вымучив последние пары, с толпой однокурсников я вышел из фойе во двор универа, собираясь удрать от дурачившихся друзей куда-нибудь за город, к тишине.

..

Во дворе я остановился, и принюхиваясь. Ветер, прилетевший с запада, обещал тепло и пах будущей весной, но все равно зимнее небо давило тяжелой серостью, отбирая надежду. Меня о чем-то спрашивали, я что-то невпопад отвечал.

В это время во дворе университета появились две девушки. Оглядев двор, они устроились на скамейке у входа. Одна из них то ли эмо, то ли гот, — никогда не интересовался разницей, — в общем, та, что была в черном, попала под прицел толпы и теперь перекидывалась оскорбительными репликами со стайкой девчонок, сидевших на соседней скамейке.

Вторая, невысокая красивая девушка с пушистыми темными локонами, в туго облегающих джинсах и черной куртке сидела с отсутствующим видом, будто не понимая, что тут происходит. Иногда отстранено оглядывала вход, размышляла о своем.

Во двор ввалилась стайка малолетней шпаны, из разряда психопатов самоутверждающихся за счет слабаков и женщин. Заметив девчонок на лавочке, на общей волне решили развлечься и потешить тех, кто с ними конфликтовал.

Та, что в черном, и темноволосая резко поднялись, собираясь уйти, но, не давая это сделать, их окружили парни.

Быстро разобравшись, что к чему, красивая девчонка, прикрыв собою девушку в черном, лихорадочно оглядывалась в поисках тяжелого предмета. На ее лбу залегла морщинка, терзая нижнюю губу, она приготовилась драться. Я усмехнулся, представив себе, как эта малышка отреплет отморозков, словно Тузик тряпку.

Один молокосос в черной кожаной куртке, самый дерзкий, распеваясь о ее красоте, протянул руку к красавице, пытаясь ее пощупать.

Красивая девчушка стояла твердо и невозмутимо как скала, скрестив руки на груди. Она не поддалась на сладкую речь и дала ему пощечину.

У-у-у… я поморщился. Красотка не понимает, что будет? Молокосос, вращая выпученными от злости глазами, налетел на нее с намерением избить...

С женщинами, да еще выпил, море по колено. А с мужчинами?

Я направился к ним.