Повесть о прекрасном эльфе

Маги в своём углу уплетали нехитрый походный ужин, а Хилем сидел, привалившись к стене и глядя перед собой полузакрытыми глазами, будто у него не кольцо спёрли, а жизнь отняли! Дымящаяся трубка лежала у бедра.

«Кабы пожар не устроил» – подумал про себя Мордвиг, но маг тут же распахнул свои глазюки и, усмехнувшись, сказал:

– Сами пожар не устройте! Взбрело вам в голову посреди лета печь топить…

– Олеша замёрзла, – раздражённо бросил Мордвиг.

– А дымоход вы проверили? М?

– А вы? – внезапно спросил Тимар.

Один из магов, тот, что с бородой, усмехнулся, второй сдержал улыбку, а Хилем лишь чуть приподнял бровь.

– Значит, проверили, – отрезал Тимар и пошёл заниматься растопкой.

Дымоход действительно оказался чистым. Мордвиг в толк взять не мог: это так повезло, или маги действительно своим колдунством его прочистили, чтобы не угореть в одной избе вшестером?

Ребята устроились вплотную друг к другу, прижавшись к тёплой стене печки и заодно с двух сторон закрывая собой девушку.

Жалко её было. Пусть уже и не плакала, да и держалась неплохо, но всё же одна, с незнакомыми мужиками да ещё и под подозрением…

Тимар глянул на магов у стены и спросил:

– А ужин пленным что, не полагается?

Мордвиг скрежетнул зубами, потому что сам собирался сказать то же самое, глядя на остатки трапезы, которые маги уже упихивали обратно в свои мешки, но куда резче и с долей сарказма, а не как друг – почти вежливо, и будто шутя.

– А что, кушать хочешь? – спросил Хилем, склонив голову и просто прожигая того взглядом.

– Я-то и два дня без еды протяну, – ответил Тимар, – а вот Олешу голодной держать нехорошо. Хоть воды дайте!

Хилем разочарованно хмыкнул и кивнул подчинённым, которые достали приготовленный для пленных паёк и подали ребятам. Признаться, Мордвиг обрадовался. Есть действительно хотелось, а сам он опасался, что их действительно кормить не собираются.

Печка прогрелась, по хижине потянуло теплом и лишь слегка ароматом дыма.

Зато щербатый деревянный пол перестал холодить сыростью ноги. И пауки разбежались. Мордвигу-то на них плевать, а вот как Олеша на них смотрит-то? Девчонки всегда боятся всякую ерунду. И он, вздохнув, подтолкнул ей кусок побольше.

Мастер не смотрел на них, поглощённый какими-то своими думами. Маги поглядывали на него искоса, и Мордвигу даже вдруг показалось, что он заметил сочувствие во взглядах.