Повесть о прекрасном эльфе

Хорошо, что Тимар нормальный! Мордвиг сомневался: смог бы он дружить с ним, проснись у него дар? И в тайне радовался, что у друга так и не пробудились магические способности.

Пламя сдавалось, пшикало, местами бледнело и опадало к земле, как садовая роза. Становилось темнее, но вместе с тем теперь стало заметно, что рассвет уже недалеко. Хилем не шелохнулся до тех пор, пока не погасил пожар полностью. Судя по восхищённым лицам его спутников, этим он поразил даже их.

А затем эльф внезапно пошатнулся, всхлипнул и, подогнув колено, рухнул на землю, закрыв лицо руками.

Даже отсюда в предрассветном зареве Мордвиг видел, как подрагивают его локти. Мама иногда так лежала на кровати, когда думала, что сын не видит, а папа был где-то в отъезде.

По душе неприятно резануло. Будто кто струны на лютне дёрнул да оборвал. Темноволосый маг кивнул товарищу и подошёл к лежащему Хилему. Тот даже не отреагировал на руку, сжавшую на плечо. Так и лежал на боку, съёжившись, и сотрясаемый мелкой дрожью.

– Я убил её! – еле слышно донеслось до Мордвига. – Это я убил её, Сол!

Маг похлопал Хилема по плечу, но так ничего и не сказал, дожидаясь, когда тот успокоится.

– Ничего себе обратка! – ошарашенно прошептал Тимар.

– Это что за дрянь? – спросил у друга Мордвиг. Олеша тоже вопросительно подняла взгляд.

– Мне папа рассказывал, – принялся пояснять Тимар, – когда колдуешь на пределе, потом душа, будто у младенца, раскрыта, и лезет всякая гнусь, будто когтями огромными душу рвёт.

Воспоминания, страхи, прочая дрянь. Магу же нельзя поддаваться слабостям, иначе дар из-под контроля выйдет. А в такие моменты себя контролировать невозможно, вот и накрывает…

– Вы, ребята, – обратился к ним Вэр, – помалкивайте лучше об этом. Мастер не любит таких разговоров.

– О магии? – спросила Олеша.

– О воспоминаниях, – возразил Вэр, но больше ничего не сказал, Хилем уже встал и направлялся к ним.

Окинул взглядом притихшую компанию, зыркнул на Вэра и сказал, глядя на сидящих ребят:

– Ночевать негде, так что выходим сейчас.

Будете ныть – сожру лицо!

Мордвиг в душе усмехнулся – видать, больная тема с лицом-то. Или шутка прилипла и стала дежурной. Но пришлось вставать. Лошадей, как он понял, забрали с собой те маги, что уехали в Штормград. Идти предстояло пешком, а вот куда и сколько – неизвестно.

Но позволить себе безрассудство спросить он пока не мог.

К удивлению ребят, обращались с ними вполне бережно.