Хранительница дракона

Когда Эрика теперь попадет домой? Никто не знает. Даже Рагнар точно не знает — он находится в совершенно плохом состоянии из-за ран. Эрика даже не уверена, что он сможет подняться с утра на ноги без неприятных ощущений.

Нет… нет, просто так бросать его нельзя. Что-то внутри не позволяло сейчас же отправиться к Грассому и совершенно трусливо попросить его о сделке, лишь бы он скорее отвез Эрику домой. Да и Грассом, пожалуй, пугал сильнее Рагнара. Даже несмотря на похищение, совершенно не скрываемую ярость и угрозу убить Эрику в разговоре с ее отцом.

Рагнар казался скорее одиноким и нуждающимся в помощи. И это не давало целительнице просто так решиться его бросить. Тем более Рагнара ранил ее отец, и Эрика вроде как ощущала себя обязанной дракону.

Однако бояться это не мешало. И бояться в первую очередь не за себя — за родных. О, Оверст, Эрика ведь обещала этим вечером провести время с матерью! Обещала, что они отметят Мидсумар вместе, что искупаются в реке и обязательно пообщаются с Ребеккой! Они ведь разговаривали еще днем, всего несколько часов назад.

А теперь вот так: Эрика понятия не имеет, где находится, а мать наверняка льет слезы. Боится, что дочь уже мертва и изуродована… Вряд ли, конечно, отцу и Калле поверят на слова о драконе, но наверняка согласятся помочь в поисках Эрики. Этой глупой маленькой девочки, решившей, что она умнее всех и наги на самом деле безопасны для людей. Но ведь они не найдут. Ни в ближайшее время не найдут, ни в округе. Возможно, со временем решат, что мертва.

Но когда это — со временем? А что будет, что они все скажут, когда Эрику вернут домой? А вернут ли вообще?..

Эрика горько усмехнулась и прикрыла глаза. Задрожала, ощущая, как к горлу подкатывает ком, а на глаза набегают слезы. Оверст, она ведь даже не знает, вернется ли домой! Она совершенно не может доверять Рагнару. Тем более не может доверять Грассому. Но что еще ей остается? Разве что из упрямства и глупости сбежать в горы, туда, где по примерным ощущениям может находиться хоть одна захудалая деревушка.

И, вероятно, погибнуть по пути, лишив себя даже малого шанса на спасение и возвращение домой.

Тихо всхлипнув, Эрика упала лицом в подушку. По щекам все же покатились слезы, а из груди стали вырываться все новые и новые отчаянные всхлипы.

Она совершенно не знает, что надо делать в таких ситуациях. Она не имеет ни малейшего понятия о том, на что надеяться и во что верить. Она не представляет, что ее ждет теперь даже следующим утром.