Владычица Единорогов - 2

На эти неверно истолкованные аплодисменты в спальню ведьмы тот час вбежали очередные служанки, решившие, что настало время помочь Правительнице одеться для выхода на променад.

- Подите прочь! – нахмурилась Ведьма, - я вас не звала!

Эльфийки испугано удалились. Аврора укоризненно покачала головой не принимая подобной строгости в обращении с теми, кто в любую минуту готов услужить.

Адель, словно вспомнив о чем-то, тут же пожалела о своих словах:

- Наверное, нужно было все же одеться понаряднее для встречи с родственницей! Кстати, - Ведьма снова смотрела на Аврору, - где она?!

- Переодевание не обязательно, - едва заметно усмехнулась Аврора, - если ты еще не забыла, наряды ведьм твоего Мира не так вычурны и изысканы, как платья эльфиек.

Ведьмы не торопятся оказывать магические услуги Феям в обмен на созданное ими платьице.

- Но не в ночной же сорочке мне её принимать?! – капризно надула губы Адель.

Девушка-Дракон осмотрела то, что Ведьма назвала ночной сорочкой. Вышитая белым шелком по подолу, тончайшая батистовая рубашка, украшенная по вороту и рукавам изящным кружевом, была намного красивее и наряднее даже чем платья эстеток-эльфиек.

А уж об обитательницах Мира Ведьм и говорить не приходится! Такой наряд для многих из них был непозволительной роскошью.

- А почему нет? – улыбка Авроры стала еще шире, - только пояс-оберег отыщи и завяжи на талии.

- Что значит – найди? – обиделась Адель, - он всегда со мною! – сунула руку под подушку и вытащила оберег из разноцветных бусин.

- Ну вот, - кивнула Аврора, - теперь ты готова и осталось только призвать Анфису.

Если ты, конечно, не забыла, как это делается.

Утруждать себя ответом на колкое замечание Авроры, Ведьма не стала.

Она соскользнула с кровати и подошла к окну.

Аврора и Фрэйя залюбовались тонкой фигуркой Ведьмы, замершей у окна с поднятыми вверх руками. Лучи восходящего Светила насквозь просвечивали невесомый батист сорочки. Так, что Адель казалась обнаженной. И только пояс-оберег, стянувший талию Ведьмы, горел и переливался блеском разноцветных бусин.

Мелодия песни-призыва, вначале едва слышная, становилась все громче.

Волосы Ведьмы разлетелись в стороны, словно наэлектризованные.

Её глаза вспыхнули ярко-синим светом и стали еще больше, заняв почти половину лица.

Адель, ни на минуту не прекращая пение, начала покачиваться из стороны в сторону, будто исполняя магический танец, которому обучила всех ведьм их Праматерь.

За спиной Ведьмы замерцал провал в Междумирье.