Пламя и сталь

Нужно ли говорить, что все их настоятели остались на месте и ничуть не выглядели людьми, получившими суровое наказание?

Выступить перед Конклавом ему бы никто не дал, так что он пошёл на приём к главе инквизиции. Тот поначалу возмущался вместе с ним, обещал разобраться, но чем больше Ройс рассказывал, тем брезгливей становилось лицо главы. Разговор и вовсе окончился ничем – глава просто махнул рукой, ничего так и не прояснив.

Утром следующего дня за Ройсом пришли: четверо паладинов в сопровождении отряда тамплиеров.

Сопротивляться было бессмысленно – Ройс не был боевым клириком. Да и желания никакого не было – он уже всё понял.

С главой инквизиции он больше не встретился – решение о лишении его должности визитатора за многочисленные прегрешения зачитывал один из помощников. Ройса обвинили в мздоимстве, угрозах, разврате… перечень прегрешений был очень длинным. Он даже мрачно усмехнулся тогда – как это боги ещё лично не спустились с небес покарать подобное воплощение зла в его лице.

Казнить Ройса не стали, дав сан Несущего веру.

С намёком, конечно, ведь подобный сан предполагал служение в диких варварских странах или особо опасных местах. Ройс не надеялся прожить долго. Да и как прожить долго, если отправили его город на самой границе с пустошами? Как ни старайся – рано или поздно или попадёшься какой-нибудь твари или сгинешь в одной из тёмных бурь, что были особенно сильны рядом с пустошами.

Появлению Саливана он поначалу не придал значения. Даже то, что странный клирик пришёл со стороны пустошей, его не удивило – все примыкающие к ним государства периодически организовывали экспедиции в надежде поживиться редкими травами и наследием древних.

Иногда в таких отрядах выживали всего несколько человек, так что никаких подозрений одинокий клирик не вызвал.

Да и не было времени узнавать, кто он такой: предыдущая буря бушевала целых два дня, а после город попал под удар стаи горгулий. Четверть зданий, не меньше, лежала в руинах, а посланный на помощь караван вообще пропал без вести. В таком хаосе помощь ещё одного мага была весьма кстати.

Особенно учитывая, что кроме Ройса, магов в городе больше не осталось – главу местного храма и его первого помощника, врачевавших раненых в лазарете, придавило рухнувшей крышей.

Странный клирик был силён. Куда сильнее Ройса, но тот снова не удивился – в боевые отряды, промышлявшие в пустошах, слабосилков не брали.

О себе Саливан ничего не рассказывал. Лишь кивнул на предположение Ройса об участии в одном из отрядов.