Ну, понеслось!

Как сильно его меняет улыбка, такая редкая, когда он рядом со мной…

Ладно, он психопат, — неприятную тему следовало закрыть, и я спросила о расследовании.— А что с тем письмом?

Кирилл Борисович заложил руки за спину, приноровился к моему мелкому шагу и доверительно сообщил:

— Там ведь не только письмо… Как вы сразу сказали, на самом деле это натуральный саботаж.

— Мне тоже так показалось, — вздохнула я.

Он кивнул и сообщил:

— Кроме письма и нежелания бригад работать, я столкнулся с отказом подрядчиков.

Это в разгар строительного сезона!

— Случайность? — деловым тоном уточнила я.

— Нет, это не случайность, — усмехнулся Кирилл Борисович. — Наши прорабы с горячих участков уволились одновременно.

— Так что, работать некому? — удивилась я.

— Вот именно.

Я замерла на месте:

— Это не все?

— Нет, не все. Подрядчики, изготавливающие окна, нарушили графики выполнения работ.

Я покачала головой и пошла рядом с ним. Беседуя, мы приблизились к высоткам, и тут прямо на нас выскочила машина.

Кирилл, схватив меня за плечи, отпрыгнул на газон. Мы помолчали, наблюдая, как серый паркетник, нарушая все правила, промчался мимо.

Ничего себе скорость! Это можно сказать как о Кирилле, так и о машине.

Я выразительно посмотрела на руки, продолжавшие лежать на моих плечах. Он, нахмурившись, сунул их обратно в карманы.

Надо хоть поблагодарить…

— Спасибо. Похоже, спасать меня уже становится вашей привычкой, — выдохнула я, пытаясь изобразить улыбку. Внезапно обрушились усталость и апатия, ноги подкосились.

Хотелось сесть прямо здесь на газонную траву и никого не видеть.

— Все же провожу вас, — сказал Кирилл Борисович.

Спорить сил не было, и я кивнула. Он галантно предложил мне руку, но я невольно поморщилась и отдернула свою, чуть ли не по-детски спрятав ее за спину.

Вечером, чувствуя себя выжатым лимоном, решила не думать о прошедшем, а по-скарлеттовски отложить размышления на утро. Пусть все эмоции утихнут, а там посмотрим. А пока, беспокоясь за пропавшего Макса, я позвонила на его номер, но никто не ответил.

Что же с ним произошло?

Медленно подошла к окну. Как узнать, все ли у него в порядке, если я понятия не имею, где он живет и работает? Вернее, он говорил, но я почти не знаю город, и все тогда прослушала.

Во дворе никого не было, ни детей, ни… товарищей постарше. Я посмотрела на электронные часы – ну да, время за полночь. Никого.

Никого?

Фонари тенями нарисовали силуэт. Мужской.