Одинокий властелин желает познакомиться

День был не очень богат на добычу, я сильно задерживалась и не поверила, когда Катька пришла меня искать.

— Ты чего? — удивленно смотрела я на нее, склонившись над своими самыми дальними силками.

— Почему так долго?! — рыкнула врагиня.

— Переживала за меня? — удивленно вскинула я брови, выпрямляясь.

— Конечно, с твоим то пространственным кретинизмом. Если с тобой что-то случится, кто будет меня кормить?! Вообще, блин!

— Очень тронута твоей заботой, — скривилась я и вновь склонилась над добычей.

— В этот раз совсем не густо, — вздохнула Катька. — Даже не знаю, хватит ли на двоих.

— Тебе надо меньше есть, а то растолстеешь, — пробормотала я, высвобождая из силков добычу.

— Вообще то я стройнее тебя.

— Не аргумент. Я — главный добытчик, и, знаешь, этот зверек очень похож на кабана. К тому же очень маленький.

— Размер — это проблема, — согласилась врагиня. — Но я удивлена, что в этом-мире водится свинина.

— Да. Но, если это детёныш, то ты даже не представляешь, какого размера будет взрослая особь, — пробормотала я, поворачиваясь к Волковой.

И поняла, как мы попали. Странно, что это случилось не так быстро, как я предполагала и все же, чему быть, того не миновать.

— Юля, почему ты так странно смотришь мне за спину? — тоненьким голосом спросила Катька.

— Ты, главное, не нервничай и не делай резких движений, — начала я, наблюдая, как меняется выражение лица врагини. — Просто за твоей спиной стоит мама зверушки, которую мы поймали.

Ты быстро бегаешь?

— Нет, — пискнула Волкова.

— Ну, значит, сейчас прокачаешь у себя новый навык.

После этих слов мы бросились бежать. В фильмах подобные моменты показывают красиво, но на самом деле это чистый ужас. Визг от нас раздавался по всей округе, ветви хлестали по лицу, а мы неслись, не ведая направления. И пришли в себя, только когда влетели в воду.

Я впервые вознесла хвалу создателям сего мира! Поросятина за нами не отправилась, в отличие от земных эта боялась воды.

Но она злобно кряхтела, визжала и рычала. Звуки лились из нее, меняясь и усиливаясь. В целом гнев был понятен. Ее ребенка убили, я бы за такое преследовала с жаждой убийства вечно. Судя по поведению этой животины, нас ждет та же участь.

— Так, Исаева, берешь ту корягу, застрявшую в песке, и идешь бить животину, — закричала Катька.

Я во все глаза вытаращилась на Волкову.