Леди. Наследие Анахора

Ханне даже представить стало страшно, сколько столичные модники отдали бы за эти удивительные перья.

Птицы не боялись людей, лишь лениво отбегали, чтоб не попасть под ноги. И таких вот сине-зелёных красавцев в саду было несколько стаек.

Над цветами порхали бабочки, такие яркие и огромные, что казались бутонами, оторвавшимися от стеблей. В Санкии таких даже в стеклянной оранжерее ботанического сада невозможно увидеть.

Солнце поднялось достаточно высоко, чтобы начать припекать, и Ханна решительно закатала рукава рубашки до локтей, вынужденно показав обилие браслетов на запястьях.

Постоянно она носила на себе лишь один: широкий, состоящий из переплетения кожаных полосок, на которые и крепились многочисленные подвески-артефакты, необходимые ей в повседневной жизни. В экспедициях же Ханна обвешивалась всем, что только могло пригодиться, хотя и выглядело это верхом безвкусицы. Но с её небольшим запасом магических сил держать наготове кучу заклинаний просто не реально, артефакты — истинное спасение.

— Надо уйти в тень, солнце жарит, а ведь ещё даже не полдень, — прикрыв глаза рукой, Клаус смотрел на небо.

— Камень нам тут не помощник.

К своему удивлению Ханна признала, что действительно, хоть Анахор и был сделан преимущественно из камня, прохлады от него не было, даже внутри башни. И тени как таковой тоже. Вероятно, раньше тканевые и деревянные навесы её давали, но сейчас, увы.

Они двинулись через сад по каменным дорожкам, стараясь не наступать на птиц и насекомых.

— Тут есть змеи? — отдёрнув ногу от подозрительной трещины в плитке, спросила Ханна.

— Не то, чтобы я их боюсь, но они ведь ядовитые и…

— У тебя разве нет с собой артефакта на их обнаружение? Или отпугивание?

— Для кровососущих насекомых — есть. А вот для змей…

Признаваться в том, что для создания такого артефакта нужно препарировать живую змею, а Ханне не позволили это сделать брезгливость и страх, не хотелось. А попросить кого-то сделать такой артефакт для неё… Застыдили бы её и выставили на посмешище, что тоже не очень приятно.

— Нет тут змей, — спокойно ответил Клаус, а потом добавил: — И ничего постыдного в том, что они тебе не нравятся, нет. Я вот крыс не очень жалую. Так что, если ты этих тварей любишь, не обессудь, у меня рефлекс - отправлять их сразу в полёт пинком под лысый длинный хвост.

— Я к крысам равнодушна, — улыбнулась Ханна, а потом заметила: — Но это ведь жестоко — пинком…

— Мне в детстве брат в кровать одну подбросил, пока я спал.